– Как же, помню. «Стремительное крыло». Первый наш корабль, доплывший до южной ледяной стены. Путешествие заняло у них пять лет.
– Впечатляющий подвиг, хотя мельденейские моряки совершили такой же лет двадцать назад. – Лорд Элль-Нурин отвернулся к городу, где в тёмно-синей тени загорались всё новые огни. – Как вам эта панорама?
– Красиво. – Лирна покосилась на владыку. – Вы, очевидно, собираетесь поговорить об ужасном преступлении моего отца и величии вашего народа, отстроившего такую красоту из пепла?
– Вижу, рассказы о вашей замечательной интуиции вполне соответствуют истине. Как бы там ни было, я хотел попросить вас внятно объяснить мне причины, по которым он это сделал.
– Ваши набеги досаждали ему все больше и больше, – просто ответила Лирна. – Король не мог позволить вам долее вредить нашей торговле, особенно учитывая давно вынашиваемый план войны.
– То есть он уже тогда её задумал? И наш город был сожжён дотла только ради того, чтобы послужить войне, которая началась только через десяток лет?
– Подозреваю, он обдумывал эту войну ещё до того, как обустроил толком своё Королевство. Она должна была стать вершиной его правления.
– Ну и как? Стал его разгром этой самой вершиной?
«В разгроме и была вся прелесть».
– Юношеские мечты со временем превратились в безнадёжную аферу старика. Не будете ли вы так любезны ответить на один вопрос, милорд? Как ему удалось убедить владык кораблей перевезти его армию к берегам империи?
– Корабли, груженные золотом и лазуритом, а сверх того – обещание, что после победы Унтеш станет нашим. Богатейший порт Эринеев принадлежал бы Островам. Совет рассудил, что в таком случае можно рискнуть. А если бы Янус проиграл, мы имели бы удовольствие понаблюдать за разгромом армии, когда-то уничтожившей наш город. Однако, прошу заметить, что решения эти были приняты до моего вступления в должность. – Владыка замолчал, его лисье лицо отразило печаль пополам с тревогой.
– Вы примете бой? – спросила Лирна.
– Разве у нас есть выбор?
– И не один. У Островов хватает кораблей. Соберите людей и отправляйтесь в Альпиранскую империю. Уверена, император предпочтёт забыть прошлые обиды ради вашего великолепного флота. Или поищите в океане новые острова. Капитан «Стремительного крыла» рассказывал, что в южных морях полно необитаемых земель. Мой брат мечтал накопить денег и отправить на юг поселенцев.
– Именно это вы посоветуете своим подданным, вернувшись домой? Оставить землю отцов и бежать?
– Означают ли ваши слова, что вы готовы освободить меня?
– Время, когда мы могли выбирать союзников, прошло. После подлого преступления вашего отца мы не сидели сложа руки. Понимая, что лучшая защита – это знание, мы отправили лазутчиков во все известные нам порты.
– И миссией капитана Белората стал захват той зашифрованной книги.
– Верно. Внедрить шпиона к сыну члена Правящего совета было непросто. По счастью, парень оказался жаден, и мы на этом сыграли. В вашем Королевстве у нас тоже имелись свои люди, хотя вы наверняка о них знали. Нам донесли, что воларская кампания там далека от завершения. Алльтор ещё держится, работорговцы боятся покидать Варинсхолд, а их солдаты повсюду находят сожжённые поля, перерезанный скот и отравленные колодцы. Похоже, какое-никакое Королевство у вас всё ещё сохранилось, ваше высочество. Не ведаю, впрочем, как долго это может продлиться.
– Доставьте меня туда. Когда я верну свою страну, окажу помощь и Островам. Даю слово.
– Я верю вам, однако сейчас наш главный враг – время. – Лорд Элль-Нурин вытащил из рукава крошечный свиток тонкого пергамента и протянул Лирне. Это был ещё один шифр, хотя и попроще, чем воларский.
– «ВФ вышел из Варинсхолда», – прочитала она.
– Голубь принёс его вчера вечером. Как я сказал, у нас повсюду есть шпионы. Это случилось два дня назад.
«ВФ? Воларский флот!»
– Когда они будут здесь?
– Если ветер окажется попутным, то через две недели.
– Милорд, если я чем-то могу вам помочь…
– Можете, ваше высочество, – жёстко произнёс он. – Вы можете искупить преступление вашего отца и вернуть Островам Щит.
– Так это и есть остров Венсель? – воскликнул Харвин, уставясь на небольшую скалу, которая торчала из волн примерно в полумиле от них. – Что-то мелкий какой-то.
– Эй! Побольше уважения! – рявкнул Илтис. – Ты удостоился лицезреть место, где родилась Вера.
– Не совсем так, брат, – поправила его Лирна. – Это лишь место, где был написан первый катехизис.
– Прощу прощения, королева. Вы совершенно правы, – покаянно поклонился Илтис.
«Прекрати сейчас же!» – хотелось крикнуть Лирне: прежний, менее подобострастный вариант брата ей нравился куда больше. Впрочем, после того как стало известно, кто она такая, все её товарищи по плену вели себя примерно так же, как он. А хуже всех оказалась Мюрель. В присутствии королевы девушка начинала так смущаться и заикаться, что Лирне то и дело хотелось стукнуть её чем-нибудь.
– Там же нет ничего, – сказала Мюрель, перегибаясь через леер и всматриваясь в скалу.
