Мег подошла к стене на достаточное расстояние и протянула к ней свои руки. Земля между колоннами начала набухать с прожилками синего огня и трескаться, выпуская густые клубы пара. Траурники на стене приняли правильное решение — броситься спасаться. Казалось, стена может расширяться бесконечно, но давление достигло предела, она застыла на мгновения и взорвалась наружу, разбрасывая куски мрамора и грязи, смешанные с пламенем. В стене Столицы появилась огромная брешь. Осаждаемая армия закричала. Осаждающая армия пришла в движение.
Осада закончилась, едва начавшись. Началась битва.
^^^
— Южная стена! Она разрушена! Они прорвались! — кричал Траурник, пробегая мимо. Затем вернулся, подскочил к Бойрианн и, схватив её за плечи, затряс, как будто это могло улучшить ответ. У неё аж клацнули зубы. — Где Слизверт?
— Мы не знаем! — Марианна попыталась ослабить тряску подруги.
— Слизверт покинул город вместе с каким-то новоприбывшим! — крикнул другой Траурник, проносясь мимо.
По городу пронеслось землетрясение, и Траурник отпустил девушку.
— Как они прорвались? Нас же защищает поле порядка? И Несси должна защитить нас от снарядов, — спросила Марианна, совсем забыв о своей милой манере разговора.
— Они ведь объединены с Двором Безумия. Поле порядка не защищает от старой магии, — фатумно произнесла Бойрианн, наблюдая за разбегающимися по городу трещинами.
— Но откуда у них столько пиромантов? Их не было до раскола, — Марианна посмотрела на подругу. — Но это не важно. Ты же…?
Бойрианн кивнула:
— Ни малейшего желания и умения участвовать в этом. Давай спрячемся.
Но это оказалось не так просто. Когда девушки попытались протиснуться сквозь плотную толпу мечущихся Траурников, у толпы возникли свои планы на девушек. Бойрианн и Марианна оказались зажатыми между телами воинов, и их собственная воля перестала иметь значение. Толпа понесла болтающих в воздухе ногами девушек прямо к разгорающейся битве.
— Марианна! — в отчаянии крикнула Бойрианн, пытаясь схватить подругу за руку, но её пальцы лишь скользнули по синей длани на чужой униформе. Не та рука. Нужная рука Марианны, как и она сама, стремительно растворилась в людской волне, уносясь в противоположном направлении.
У бреши в воздухе кружились неразборчивые миражи демонического калейдоскопа — последствия чьей-то способности. Над ними кружились воздушные корабли, которые уничтожали ближайшие дома ледяными копьями. По битве они не рисковали стрелять, где их союзники смешались с их врагами. Руинирование Столицы велось активно. Тит смотрел прямо на них.
Поле порядка, окружающее город, всё ещё работало, и Траурникам Прелата приходилось прорываться в город, чтобы полноценно сражаться. Осьминог стоял в центре урагана своих щупалец. Артурион заморозил их, и теперь они действовали как копья, с некоторых уже стекала кровь. Нарциус без ботинок скользил по земле, как по льду в скользких ботинках, орудуя двумя ножами в руках. Небулас, окутав его чёрным туманом, переносил его вихрем среди вражеских рядов. Незнакомый Траурник изливал из себя зелёную жидкость, которая разъедала камни, создавая зону смерти вокруг себя. Домитула, по-горгульи, висела на стене и держала Тимура, который поднял вуаль и выпускал струи крови из глаз, пронзая врагов не хуже ледяных копий здания.
В битве участвовали и псевдогончие. Это было огромной ошибкой. Они не понимали, что Траурники с синими дланями — союзники, а Траурники без — враги. Их глаза на стебельках вращались во все стороны, а длинные языки с клубками клыков летели в любого, независимо от ранга и стороны. К счастью, они также не понимали, что Молот, которого основная стая выбрала за добычу, был их худшим противником. Его железная кожа отражала их языковые атаки, а его молот разбивал псевдогончих, оставляя от них лишь бессмысленно носящиеся по полю боя полутуловища, привносящие лишь хаос.
Носители Бойрианн остановились в резерве, и девушка смогла прорваться на свободу. Перед ней Броненосец, свернувшись в живой шар, на невероятной скорости смял Харуки и Магнуслава, прежде чем врезаться в статую, разнося и её на части.
Отшатнувшись, Бойрианн бросилась в противоположную сторону, когда сверху раздался низкий свист, и гигантские ледяные копья, словно персты рассерженных богов, вошли в многоэтажный дом прямо перед ней. Первый удар пришёлся в крышу, и она рассыпалась на тысячи осколков, которые дождём посыпались вниз. Второе копьё ушло в основание дома, и стены начали прогибаться, словно дом пытался болезненно сжаться. Каменные блоки и деревянные балки в едином порыве обрушились на землю с оглушительным грохотом. Облако пыли спрятало последствия.
— Земля идёт! Не дайте ему прорваться сюда! — раздался крик. Ему словно пришло прорываться через невидимую, но звенящую дурманящую оболочку вокруг головы девушки.
Земля нёсся на гребне земляной волны к бреши. За ним, подобно свите, следовали высокие земляные колонны, увенчанные шарами, в которых укрепились дальнобойные Траурники.
