Утера поправила свою совершенно уродливую меховую накидку. Даже не хотелось думать о том, как она выглядит. Как одна из грязных простолюдинок, что сейчас к ней обращалась. Нет, даже хуже. Крестьяне и должны так выглядеть, но для благородных, как Утера, это просто упадок и деградация.
— Если твой муж повредил ногу, то, разумеется, он не должен охотиться. И это, конечно, не отменит вашу долю добычи, — раздражённо бросила правительница.
Женщина начала рассыпаться в благодарностях, когда к Утере тут же подошла ещё одна крестьянка.
— Леди Утера, нам досталась дырявая шкура! — крестьянка почти ткнула своей вонючей рваной шкурой в лицо леди.
Утера взяла новую шкуру из сумки, перекинутой через плечо, и отдала женщине. Та тоже начала благодарить свою госпожу.
— Ты не справляешься, Утера, — сказала Гвиневра, когда её сестра проходила мимо. — Ты выглядишь ужасно, как дикарка. Отец бы не узнал тебя и выгнал из замка.
Сама Гвиневра выглядела не сильно лучше. Она была криво закутана в меха, её шапка наехала на глаза. Но поделать с таким немодным видом она ничего не могла, так как находилась под арестом за работорговлю и была обвязана верёвкой.
— Ещё отец не любил слов ради слов.
— Отпусти меня, я покажу тебе, как нужно править этими людишками.
Утера вздохнула:
— Преступники не лучшие учителя правителей.
К счастью, следующим отвлечением был Элфред, капитан стражи, а не очередной крестьянин, вдруг забывший, как дышать. Он преклонил колено и доложил:
— Леди Утера, мы нашли следы охотников. Они поймали много животных. Дозволено ли мне высказать своё мнение, госпожа?
— Я же уже приказала тебе укоротить доклады. Говори, капитан.
— Простите за дерзость, госпожа, но я предлагаю последовать за этими охотниками. Да, мы не знаем, как они отреагируют на наше появление. Но мы также не знаем, что происходит в столице. Траурники контролируют большую территорию, чем мы предполагали, возможно, столица уже пала.
Утера устало посмотрела в безумный искажённый холодный мир с огромными грибами и слепленными в одно существо житвотными.
Кальвин
Кальвин бежал по снегу, сам не понимая куда. Но где-то должна быть еда, тепло и безопасность. Когда служанка-предательница бросила его, он выплакал все слёзы, а потом пошёл вперёд, не разбирая дороги.
Он видел лес чудовищных деревьев, похожих на людей. Они собрались у большого дерева, которое возвышалось над ними и имело раскидистые ветви на голове, похожие на рога. Эти демонические деревья молча развернули свои лица из коры с жуткими провалами вместо глаз и ртов и следили за Кальвином, пока он не отошёл от них подальше.
Были огромные грибы, между стволами которых прыгали животные, похожие на смесь белок-летяг, кузнечиков и червей. Они отскакивали от ножищ грибов и планировали на перепонках между передними лапами, преследуя друг друга.
Какое-то тёмное существо при виде Кальвина закопалось в снег и принялось плевать в него зелёную жидкость, которая прожгла его плащ. Издевательства над его одеждой на этом не закончились. Из неприметной ямы выскочили маленькие щупальца и схватили его подол. В борьбе он сильно порвался, но спасён Кальвин был каким-то мелким грызуном, которого неизвестный хищник предпочёл ткани. Грызун на расширенных от ужаса глазах Кальвина усох и скрылся в дыре.
Бывший лорд-канцлер вбежал на заснеженный холм, когда перед ним возникла стена тьмы. Во тьме появились три отверстия, через которые был виден белый пейзаж. Самая нижняя и самая большая дыра криво изломалась на острые линии, и раздался демонический голос:
— Теперь Первая Амбиция тебе не поможет, сломанная игрушка.
Кальвин упал на четвереньки (
— Ты демон? — закричал он.
— Я — Пятое Злонамерение, смертный.
Кальвин потерял границы демона, а когда повернул голову, то обнаружил, что демон как будто наплыл на него, захватив больше пространства.
— Что тебе надо, демон? Хочешь служения? — в голосе смертного появилась надежда.
— Я лишь пришёл позлорадствовать над игрушкой врага. Ну начнём. Ха-ха-ха-ха!
Кальвин почти оглох от смеха высшего демона. Он оглянулся и увидел, что теперь полностью находится во тьме. Но бывший лорд видел своё тело, хотя не мог определить источник света. Оглянувшись вперёд, он увидел тёмную фигуру, на лицо которой переместились круглые глаза и острый рот. Она стояла в горделивой мощной позе, на ней была корона, нет, рожки вокруг головы. Фигура театрально развела руками.
