Владыка черных песков [СИ] полностью

— А остальные? — Облокачиваюсь на спинку стула и скрещиваю передние ноги на груди.

— В зависимости от ситуации: они могут вообще остаться без работы, если гильдии отправят сюда слишком слабые отряды, или же станут для нас живым щитом, выигрывая время для атаки или бегства. — Ученик Цинка хмыкнул, уловив мое недовольство ответом. — Мне самому подобное не нравится, но иногда без жертв не получается… Ты и сам все поймешь.

За крепостной стеной, ущелье резко расширялось, принимая форму вытянутого овала. Внутреннее пространство представляло собой каменистую площадку ограниченную отвесными склонами, которые были пронизаны сетью пересекающихся туннелей. Часть пещер, наиболее широких и близких к поверхности, были отведены под склады и казармы для солдат, а самые глубокие залы перекрыли наспех возведенными стенами, обустроив там подобие лаборатории. В своеобразном внутреннем дворе, кроме нескольких хозяйственных построек, солдаты обустроили тренировочный полигон, а алхимики отгородили площадку под свои эксперименты.

Мне, Астрал и Гангрену, было предложено располагаться в лабораториях, руководителем которых меня официально назначил «Третий». Вместе с нами, просторные и пустые помещения, отправились обживать два десятка зеброгов, ставших моими подчиненными, (учениками и чернорабочими).

В сравнении с ульем Циан, пещеры выглядели не слишком привлекательно: неровные каменные стены, полы и потолки, тут и там виднеющиеся трещины, пробирающий до костей холод, а так же пыль в воздухе, стремящаяся забиться в легкие при каждом вдохе. Все это заставляло с ностальгией вспоминать убежища учителя из мира боевых магов, который любил зарываться под землю.

«Могло быть и хуже».

Промелькнула мысль на грани сознания, в момент осмотра главного зала, которому предстояло стать основным местом моего пребывания, до момента нападения друидов или некромантов. Помещение было достаточно просторным, сухим и почти не имело неровностей на полу. Проблему с отоплением и вентиляцией, легко решали тотемы с духами огня и воздуха, а систему безопасности можно было создать из гибрида рун и печатей.

«Впрочем, сильно усердствовать не стоит: все же это лишь приманка».

На ночь, я и Астрал устроились в неглубоком ответвлении от центрального туннеля, отгородившись тканевой зановеской с зачарованием, не выпускающим звуки изнутри, но пропускающим их снаружи. Постель зебра устроила из двух матрасов и пары больших одеял, у входа на вбитый в стену кинжал, повесила сковороду, под которой нацарапала предупреждение: «Не постучав, не входить».

— И зачем это? — Спрашиваю у своей охранницы, с интересом рассматривая клинок, до половины погрузившийся в трещину между камнями.

— Опыт жизни в лагере беженцев, подсказывает что лишними такие меры не будут. — С ноткой самодовольства в голосе, заявила черно-белая кобыла.

— С этим согласен. — Киваю и тут же уточняю. — Ты уверена что не проще было бы повесить колокольчик на шнурке? Уверен, в крепости обязательно нашлось бы что-нибудь подходящее.

Ответом на мои слова стали большие обиженные глаза зебры, выражение мордочки которой напоминало преданного жеребенка. Картину дополняли безвольно поникшие уши и почти физически ощущаемая аура тоски.

«Хм… Я сказал что-то не то?».

— Ладно, пусть будет сковорода. — Пожимаю плечами и собираюсь уже войти в пещеру, на неопределенное время ставшую спальной комнатой, но не успеваю сделать и двух шагов, как оказываюсь стиснут в объятьях Астрал.

— Спасибо. — Радостным голосом шепнула кобыла, а затем стремительной тенью первой скользнула за занавеску.

«Ну и что это было? Я определенно чего-то не понимаю в кобылах…».

Решив не забивать себе голову разными странностями, (каждый сходит с ума по своему, и сковорода подвешенная на рукоять кинжала, это еще не худший вариант), кидаю быстрый взгляд в оба конца коридора, после чего все же захожу в «комнату».

Лежа на жесткой постели, под тонким одеялом, с прижавшейся к боку сладко сопящей зеброй, я смотрел на каменный свод потолка левым глазом, (являющимся домом для духа жизни), который без моего сознательного участия, перестроился под полную темноту. Сейчас, когда старые заботы и планы остались позади, а новые еще не затянули в круговорот событий, в голову лезли разные непрошенные мысли.

«Есть ли в этом мире кто-то, ради кого я готов пожертвовать собой? Даже при условии, что смерть в этом мире, означает лишь перерождение в другом, а не окончательный финал существования».

Дабы ответить на этот вопрос, стоило понять, что для меня значат окружающие разумные. К примеру Астрал, ставшая за все прошедшие годы словно вторая тень, несомненно ценна и по своему дорога, но в ситуации если встанет выбор «я» или «она», мое решение будет очевидно. О Гангрене и вспоминать не стоит, так как у нас сложилось полное взаимопонимание: я использую его, он пользуется моими знаниями и ресурсами, (и все довольны).