Я внимательно приподняла шейный гребень, прислушиваясь. Значит, всё-таки в Дар’Ша существует какой-то местный аналог «подорожника». Мол — приложи его, и всё пройдёт. Он ведь и мне способен помочь — залечить раны на плечах и задней лапе, например. Я в таком состоянии вряд ли смогу дойти до земель клана Рокхана, так что это лекарство и мне пригодится.
— Трава эс’курана помогать? Как она выглядеть? Как попасть в нижний пещеры? — начала я сыпать вопросами, когда Эрдорат затих. А пока тот думает над ответом, я попыталась на дрожащих лапах подойти ближе к трупу змея, раздумывая над тем, как его разделывать.
— Эс’куран — небольшой красный куст… Атакама найти любая глубокая пещера, спуститься вниз… Сорвать листва эс’куран и принести сюда… Эрдорат объяснить, как использовать эс’куран.
«А он не глупый», — усмехнулась я мысленно. Он ведь мог бы просто рассказать мне всё, а я бы сбежала тогда с растением, оставив его здесь умирать. Видимо, придётся пойти ради знаний с ним на сделку и помочь в ответ.
Впрочем, я в любом случае решила, что коли ему и помогать, то до конца… если Эрдорат, конечно, не нападёт на меня снова. Доверия к нему, к слову, всё ещё не было, поэтому я не приближалась к светло-серому дракониду, разумно предпочитая держаться от него на расстоянии.
— Понятно. Атакама помочь тебе, но сначала — перекус, — намекнула я на свою идею разделать добычу, возвращаясь к трупу наги-змеи. Однако когда я пощупала его мускулистые чешуйчатые лапы, я задумалась: а как я без ножа и прочих инструментов этим займусь? И будет ли возможность пожарить мясо?
Заметив, что я замешкалась, Эрдорат решил мне подсказать:
— Атакама использовать зубы… Откусить кость… Потом употребить…
Я повернулась к раненому дракх’кхану, вопросительно на него глянув:
— Костёр разжечь?
— Мясо региус’варан можно употребить в сырой вид. Без костёр, — заявил в ответ Эрдорат, на что я невольно сглотнула. Вот проклятье! Мне не доводилось ещё в этой жизни есть мясо в таком сыром и необработанном виде. Эрдарион мне приносил до моей первой охоты только жареные куски мяса и свои фрукты, а сырое так и не доводилось отведать. Здесь же костёр разводить не из чего, а тело явно не хотело ждать, пока я сымпровизирую, так что придётся как-то свою брезгливость преодолевать.
Мысленно передергиваясь от чувства отвращения, я всё же нашла то, чем можно разделать добычу. Необходимым инструментом оказался острый камень из обломков скалы, которым я принялась орудовать, как топором, отрубая мертвой добыче конечности. Больше всего трудности при отделении представляли сухожилия, и мне приходилось по пятнадцать минут сидеть и долбить камнем по ним. К тому моменту, когда мне всё же удалось отрубить одну руку мёртвому хищнику, я уже вся перепачкалась в его крови и соках, а ладони покрылись каким-то жиром, отчего мне стало противно вдвойне. Представляю, какого было средневековым мясникам, которые работали на бойне. Не спроста в средние века даже этому приходилось отдельно учиться. Профессия не из самых приятных и простых. Это современные люди изнежились, а вот в древние времена никаких удобств. Только примитивные инструменты и собственные руки.
В конечном итоге у меня оказалась мускулистая и перепачканная в неприятных черных соках рука, и я не знала, как поступить дальше. От внешнего слоя чешуи я смогла избавиться довольно быстро при помощи собственных когтей, но что делать дальше — я не представляла. Просто впиваться зубами и кусать сырое мясо? Брр… Убейте меня.
Эрдорат же сидел и просто смотрел на меня, ожидая чего-то.
— Теперь Атакама питаться ею, — напомнил он и попытался сесть, опершись спиной о каменную скалу. Пока у него это плохо получалось, и он то и дело рычал от боли в конечностях и содрогался от новых приступов кашля.
Мне его было, конечно, жалко, но себя — ещё больше. Голое сырое мясо выглядело противно, но запах свежей крови немного туманил мою голову, и с другой стороны инстинкты так и кричали мне: «Чего ты ждёшь? Просто кусай!». И я таки сдалась: закрыла глаза и, представив, что грызу фрукт, вонзила свои клыки в плоть.
Зубы неожиданно легко прошли и сразу утонули в свежем мясе, а мне на язык брызнула всё еще тёплая кровь. Признаться, я испытала двойное чувство от этого: с одной стороны, меня передёрнуло всю от отвращения к самой себе, но с другой… В этом что-то было приятное. Мне внезапно захотелось ещё больше крови и мяса, а потому я, поддавшись инстинкту, начала кусать и кусать, снова и снова, отрывая от отделённой конечности тянущиеся куски мяса и проглатывая их, почти не пережёвывая. Это окончательно запачкало меня чужой кровью, но я смогла полноценно утолить голод и почувствовать через пару минут приток сил, столь необходимый мне.
