— Не туда! Ты идешь не в ту сторону! — крикнул он, но я проигнорировала его. Он явно не знал, о чем говорил, и, если бы я его послушала, то, скорее всего, еще бы больше заблудилась. Я продолжала идти, чувствуя, как гнев заливает мои щеки. Я покажу ему, как и Владыке Костей. Мне не нужна была помощь ни одного из них, чтобы выбраться отсюда.
Когда я дошла до конца тропы, земля стала еще мягче, чем раньше, на мгновение почувствовав облегчение. Здесь не было острых камней и шипов, которые могли ранить ноги, но, когда земля начала проваливаться между пальцами, я остановилась. Только движение не прекратилось.
Я тонула.
Мои ноги медленно исчезали под поверхностью земли. Я пыталась вытащить их, но они не двигались. Чем больше шевелилась, тем глубже проваливалась. Земля поглощала меня, тянула вниз, и чем больше я сопротивлялась, тем быстрее проваливалась.
Я забрела в зыбучие пески.
Я закричала, пронзительный звук разрывал мне горло, и шепот в воздухе превратился в ропот.
— Потише, — резко сказал кто-то.
— Да. Постарайся умереть тихо, пожалуйста.
Игнорируя насмешливые голоса, я схватилась за кусты, цепляясь за колючие лозы, несмотря на боль, и держась за них, как за спасательный круг. Я тянула и дергала. Но что бы ни делала, я продолжала погружаться. Сначала исчезли мои ноги, потом бедра. Я царапала землю, мои ногти отчаянно оставляли следы на песке в тщетной попытке найти твердую опору.
Через несколько минут я бы задохнулась.
Я снова закричала, хотя знала, что никто не придет мне на помощь. Даже если бы кто-то услышал, я сомневалась, что он успеет вовремя.
Земля поглотила половину моего туловища, сдавливая меня и не давая дышать. Чем больше она поглощала меня, тем сильнее стискивала каждую кость в моем теле, пока не стало казаться, что они раздробятся под давлением. Когда мои руки скользнули под землю, я потеряла последнюю надежду.
Я не могла бороться.
Мне не оставалось ничего другого.
Я умру, и Владыка Костей вернет меня к жизни в бесконечном цикле пыток.
В груди защемило, но я была не уверена, было это от страха или от давления песка.
Будет ли больно умирать? Вдохнуть в последний раз?
Или же это будет похоже на погружение в сон? Почему-то мне казалось, что умереть будет легче, чем вернуться к жизни, где мне придется снова встретиться лицом к лицу с Владыкой.
Я задыхалась, все еще пытаясь загнать воздух в легкие. Сколько вдохов у меня осталось до последнего?
— Я знал, что ты умрешь быстро. Но не ожидал, что настолько, малышка, — сказал знакомый голос, привлекая мое внимание. Я отчаянно подняла голову и увидела высокую мужскую фигуру, вырисовывающуюся из тумана.
Надежда забурлила в моих венах, когда я разглядела рога, увешанные драгоценностями, и черную маску.
Белиал.
— Подожди, будь осторожен! Это зыбучий песок! — Я попыталась предупредить его, но его ботинки уже шагали по промокшей земле. Я ждала, что песок поглотит подошвы его черных ботинок, но этого не произошло.
Он не провалился. Он шел по поверхности уверенными шагами и остановился прямо передо мной. Когда моя грудь провалилась под землю, он наклонил голову, чтобы посмотреть на меня, и серебряные подвески, свисавшие с его рогов, зазвенели при движении.
— Как ты это делаешь? — я задыхалась от недоверия, мой голос был хриплым от криков. — Кто ты? Монстр Иисус?
Он усмехнулся, присев передо мной, и протянул руку в перчатке, чтобы поднять мой подбородок. Его дымчато-серые глаза встретились с моими, и на мгновение я забыла, что через несколько секунд умру, погрузившись в его взгляд.
— Тебя затянуло в пасть смерти, а ты все равно не можешь удержаться от того, чтобы трепать своим дерзким язычком.
Затем мои ребра сжались еще сильнее, и я не смогла дышать.
— Помоги мне. Прошу.
— Ой, ты можешь просить лучше, малышка, — он мрачно усмехнулся. Через прорезь для рта в его маске я видела, как он кусает нижнюю губу. Этот ублюдок наслаждался этим.
— Еще раз. На этот раз с душой.
Я стиснула челюсти, и горло заболело от гнева.
— Сейчас не время для твоих садистских игр. Я умру, если ты ничего не сделаешь! — взмолилась я, позволяя страху проникнуть в мой голос, пока мои плечи проваливались в землю. — Спаси меня. Прошу тебя.
— Ты такая милая, когда в отчаянии, — он провел пальцем в перчатке по моим губам. — Твои губы так и просят, чтобы их трахнули, когда они сжимаются в жалкое хныканье.
Я задыхалась, и на этот раз нехватка воздуха в легких не имела ничего общего с зыбучими песками. Белиал не был Владыкой Костей, но все равно оставался садистским ублюдком. Чего еще можно было ожидать от столь высокопоставленного члена его двора?
Больше всего я ненавидела то, как его развратные слова разжигали во мне огонь — опасное пламя ярости и похоти.
— Ладно, — наконец сказал демон после напряженной паузы. — Я спасу тебя, но сначала ты должна сделать для меня кое-что.
Я побледнела. Он что, черт возьми, серьезно?
— Эм, не знаю, заметил ли ты, но я сейчас немного обездвижена. Что бы ты ни хотел, нам, вероятно, придется отложить это до тех пор, пока я не перестану медленно тонуть. Ладно? Спасибо.
