— Опять же по закону через два часа вы обязаны накормить свидетеля или обвиняемого. К ужину я буду кофе по-венски. И два сахара.
— Бред какой-то… — прошептал он и уставился на экран.
— А еще вы не можете меня удерживать против воли. Я могу понадобиться государству в этот сложный момент, учитывая мой опыт. Это в ваших же интересах.
— Что за опыт? — насторожился он, все больше чувствуя себя неуютно. — Я смотрел ваше дело. Вы только что поступили в Михайловскую Императорскую Академию после военного училища. У студентов нет никакого боевого…
— Вы не все файлы посмотрели. Зайдите еще раз в мое личное дело. И справа увидите вкладку «для служебного пользования».
Глянув с недоверием, он защелкал мышкой.
— Не открывается без пароля.
— Потому что доступ туда — только для опричников в чине от генерал-майора и выше. Но я разрешаю. Вводите пароль: а, пятьдесят семь, тридцать, двадцать восемь, м. С большой.
Лейтенант ввел пароль и уставился в монитор. Его лицо медленно вытянулось. Он посмотрел на меня округлившимися глазами и побледнел.
— Террористы скинули мою машину в кювет, так что я надеюсь, вы предоставите мне одну, чтобы добраться до дома.
А за его спиной открылась дверь, в кабинет вошел усталый мужчина лет пятидесяти в форме майора опричнины. Быстро бросив наметанный взгляд на меня, он с усмешкой подошел к полицейскому.
— Ну что, Щёкин, вы закончили с его светлостью?
Лейтенант молча щелкнул мышкой, видимо, закрывая окно, и медленно поднялся.
— Господин майор, у нас еще свободные машины есть? — пробормотал он, стараясь не смотреть на меня. Тот кивнул, щурясь на меня с широкой улыбкой.
— Что с моим водителем, Осипом?
— В больнице, — ответил опричник. — Жив, отделался ушибами. Ваша светлость, думаю,вы понимаете, что по мере разбирательства мы вызовем вас на новые допросы.
Я кивнул. Наверняка будет и обыск во всем особняке, если рьяные имперские псы уже не перевернули весь мой дом. Но о том что они ищут, конечно же, никто не узнает.
Если кто-то узнает, что наследник лишился кодекса, скандал будет на весь мир. Хотя сегодняшний теракт вряд ли сможет затмить.
— Нападавших уже нашли?
— Император принимает меры, — уклончиво ответил опричник. — Великие князья уже прибыли во дворец, армия закрыла периметр столицы.
Даа… действовать жестко они умели. Наверняка завтра-послезавтра заказчиков найдут, и тогда полетят головы…
— Я за ужином для его светлости, — глухо буркнул лейтенант и потопал к выходу. — И распоряжусь, чтобы приготовили машину. Господин, кхм… ваша светлость.
Он чуть виновато посмотрел на меня.
— Вам кофе с молоком?
— Верно, — кивнул я. — И два сахара, не забудьте.
Домой я добрался к часу ночи. И пока лейтенант вез меня в поместье, боль в груди усилилась. Меня будто жгла изнутри неведомая магия. Неужто тот урод в переулке зацепил магическим зарядом из кольца? Или прилетевший в меня кодекс всё-таки сломал пару рёбер?
Кривясь от боли, я вошел в поместье. И тут меня уже ждали.
— Ярослав!
Ольга Алексеевна в сопровождении Варвары и еще пары слуг быстро обступили меня с таким видом, будто трижды получили весть о моей смерти. Краем глаза я заметил в гостиной встревоженное личико Полины. Быстро натянув кривую улыбку, я отстранился от расчувствовавшейся женщины, но она и не думала униматься.
— Родной, ты цел? Все в порядке? Я видела, какой ужас творился во дворце… как ты выбрался? Там столько людей убили!..
— Скажи спасибо Осипу, это его заслуга, — отмахнулся я. Грудь снова сдавило так, что перед глазами круги поплыли.
— Тебя ранило, да? — тётя обеспокоенно взяла меня за плечи. — Так, раздевайся немедленно! Варвара тебя осмотрит.
— Просто ушибся при побеге, оставь меня в покое, — я сбросил ее руки и пошел к лестнице на второй этаж. — С такой мелочью и Полина справится, пусть только захватит чистую одежду и аптечку.
— Ты со здоровьем-то своим не шути, — Ольга уперла руки в бока. — Можно подумать, Полина разбирается в медицине! Да она от одного вида крови вся трясется! А Варвара на медсестру училась, в госпитале три года работала, и тебя знает с рождения.
Дородная служанка согласно покивала, для пущей важности скрестив на груди пухлые руки.
— Сказал же, всё в порядке, — бросил я под аккомпанемент нового прилива боли, на этот раз такого сильного, что пальцы до хруста стиснули перила лестницы. — Что мне сейчас нужно, так это помыться и выспаться. А осмотр и до утра подождет.
— Ярослав, вернись сейчас же!
— Тётушка, мне сегодня хватило толпы террористов и допроса в полиции. Довольно на сегодня проблем.
— Вот же… весь в отца, — вздохнула Ольга.
— Эт точно, вашсветлость, ершистый как егоный батюшка, упокой его скотий бог…
Оставив их внизу, я поспешил в свою комнату. Боль снова усилилась. Меня бросало в жар, кровь барабанным боем билась в висках, а грудь словно прижигали каленым железом.
Да что это ещё за напасть…
— Наставница должна знать, — пробормотал я, вытаскивая альвафон. — Где же номер…