– Такова воля Богов. Он не хочет больше вас видеть. Не попадайтесь ему на глаза. Уходите. Вы сейчас снова обрели силы, тело ваше исцелено, вы сможете долететь домой. Больше я ничем не могу вам помочь. Владыка даже не даёт вам провожатых. Мы не можем идти против его воли.
Орлица встала и медленным шагом пошла на выход. Охранники проводили её взглядом. Палач оскалился с сожалением, что это прекрасное тело ему не досталось. Она кинула на него короткий взгляд и содрогнулась. Вышла на поверхность, взглянула на балкон владыки, никого, вздохнула и, расправив крылья, взлетела. Путь был не близкий и ей надо где-то подкрепиться, опустилась в лесу и, поковыряя веткой несколько норок, ничего не найдя, пошла дальше. Стояла такая тишина, что ей показалось, как сердце колотится в горле. «За что? Я не изменяла тебе. Роланд… не хочу жить без тебя», – упала в снег и зарыдала. Вставать не хотелось, душевная боль разъедала как язва, закрыла глаза и замерла, пытаясь заснуть, чтобы здесь и остаться, замёрзнуть или быть растерзанной вышедшими на охоту хищниками. Сколько так прошло времени одному Богу воронов известно. Человеческое тело полностью окоченело, наступил глубокий предсмертный сон.
Немногим раннее.
Мудрец колдовал в своей лачуге, глядя в шар.
– Вставай девочка, вставай, к тебе подбирается волк. Вставай! – грозно выпалил вслух.
Сквозь густую пелену услышала его голос, с усилием воли открыла глаза и увидела, медленно подходящего волка. Привстала на локоть.
– Хочешь сожрать меня? Что ж давай, только быстро, – вытащила крошечный кинжал из-за пояса, который дал ей мудрец, и резанула по запястью. Кровь закапала в снег. Волк хищно принюхался, нервно дёрнул лапой по снегу, оставляя глубокие следы, и бросился на неё. Сакура не хотела бороться за жизнь, зажмурилась и приготовилась к смерти.
– Доброе утро, госпожа, – врезался в сознание в утренней полудрёме до боли знакомый низкий голос. Орлица открыла глаза, взгляд прояснился, и различила перед собой подручного владыки.
– Вугор! Но как? Где я?
– Вы задаёте слишком много вопросов для мёртвой, – ухмыльнулся сквозь рыжие усы, повернулся спиной и заварил чай.
Она встала и огляделась: крошечная комнатка из деревянного сруба, худая кровать, покрытая тонким пледом, небольшой стол, два табурета и печь, от которой исходил горячий воздух.
– Ты спас меня? Спасибо, но я…
– Знаю, хотела умереть. Рано, вы ещё не увидели своих взрослых сыновей, или вы хотите, чтобы они никогда не знали своей матери?
– Я…
– Вы не подумали об этом, когда решили отдать себя в когти и зубы волка. Я разорвал его на части, вот половина в ведре, поешьте.
Сакура наклонилась к ведру, где в снегу лежали печень, почки и лёгкие, голод возымел своё действие, обратилась в орлицу и всё склевала.
– Почему?
– Ты нужна владыке. Он любит тебя и погибнет, если потеряет навсегда.
– Но он сам меня выгнал.
– Это ревность и обида говорит в нём. Придёт время и он простит вас. Надо ждать, воспитывать орлёнка и жить. Жить, понимаете?
Она кивнула.
– А кто будет воспитывать моего первенца?
– Кормилица станет няней. Он не будет ни в чём нуждаться. Владыка его обожает.
– Как ты узнал, что я в этом лесу?
– Я летел за вами ещё от замка, но на значительном расстоянии. Не мог отпустить вас одну в такой дальний путь.
Она обратилась обратно.
– Ты что-нибудь разузнал, почему у меня родился орлёнок.
– Да, – он опустил голову, – владыка мне рассказал.
Она напряглась.
– Это наш с Роландом сын?
– Нет. Простите.
Орлица вскрикнула, схватившись за рот, и лишилась чувств.
Вугор успел подхватить её и уложить на кровать.
– Госпожа, сколько же горя выпало на вашу долю, но вы сильная, вы – дочь генерала и всё выдержите, – он поглаживал орлицу по голове, шепча ласковые слова, но она не слышала, пребывая в забытьи.
Прошло немало времени, как она пришла в себя. Вугор сидел на корточках у печи и подкидывал дров в алую топку.
– Что со мной? – слабый голос госпожи заставил ворона вздрогнуть и посмотреть на неё.
– Вы упали в обморок, после того, как узнали…
– Да, помню. Но как… если я не изменяла владыке.
– Он тоже об этом уже знает. Вас опоил каким-то дурманом главнокомандующий орлов и сделал вам дитя.
– Зачем? Это так подло. Я думала он благородный орёл.
– Как сказал мудрец, так и есть. Грег хотел, чтобы только ваше дитя унаследовало всё орлиное государство.
– Но он же говорил мне, что женится и его ребёнок станет преемником.
– Наверное, он специально так сказал вам, чтобы вы не переживали, однако, проявил себя по-другому. Я ни в коем случае не оправдываю его действий, но с точки зрения истинного преемника, он поступил правильно. Ваш орлёнок вырастет мощным орлом и унаследует государство орлов, традиция из рода в род, повторится.
Сакура задумчиво опустила голову, рыжие волосы упали на лицо, вздохнула.
– Если владыка всё знает, он простит меня?
– К сожалению, пока нет, я сопровожу вас домой, а сейчас поспите.
Орлица легла, Вугор накрыл худым пледом, заботливо оставленным здесь лесником.
Орлёнка доставили на границу государства орлов.
