— Но ты же сам совсем недавно сказал, что здесь почти так же, как у нас. Кроме того, что здесь водится много странных существ. Или ты это просто так сказал?
Тим пожал плечами и уставился вверх. От того что ветер покачивал ветви дерева над нашими головами, дырявая тень на серо-желтой утоптанной земле покачивалась тоже. Я наклонился, поднял подсохший опавший лист, поднес его к глазам. Лист как лист: зеленая пластинка, черешок, прожилки. Я покрутил его между пальцев. На секунду мне показалось, что, если я его сейчас отпущу, он останется висеть в воздухе прямо передо мной без посторонней помощи. Я разжал пальцы. Листок, вращаясь, полетел на землю.
— Когда мы попали сюда, я подумал, что это может и не быть другим миром, — сказал Тим. — Нас же могло забросить в другую страну, даже на другой континент, а эти блики в небе могли бы быть какой-нибудь не известной нам местной магией.
— Я тоже думал об этом.
Тим кивнул и продолжил:
— Но когда мы научились понимать здешний язык и даже заговорили на нем…
— Мы не заговорили на нем, — поправил его я. — Мы говорим на своем языке. И местные жители говорят на своем, на своих языках. Здесь просто нет нужды учить другой язык, чтобы понимать и разговаривать. Как будто бы сам мир переводит речь с одного языка на другой, с нашей стороны требуются только небольшие усилия.
Тим снова кивнул. Вид у него был задумчивый, его что-то тревожило. Он вдруг опустил руки, оперся ладонями на лавку, пытливо посмотрел на меня.
— Сэм. А больше ты ничего не замечал?
Я усмехнулся.
— Кроме языка и бесконечно теряющегося козлика?
— Да, кроме этого.
Я посмотрел Тиму в глаза.
— Нет. Пока больше ничего.
— Ясно… — Тим улыбнулся, отвернулся, снова прислонился к дереву. Мне показалось, он мне не поверил. Но не мог же я ему объяснить того, чего сам толком не понимал.
— Я все хотел спросить у тебя насчет Боггета, — заговорил он снова. — Как считаешь, он уже бывал тут? Просто он ведет себя очень уверенно, вот я и подумал…
— Не знаю, бывал ли он именно здесь, но в подобных ситуациях, видимо, оказывался, — ответил я, взвешивая каждое слово. Я не был уверен, что Боггет одобрит, если я расскажу Тиму то, что знаю о Безмирье и его обитателях. Инструктор был прав: толку от этой информации никакого, одни тревоги и волнения. Тим поморщился.
— Я думаю, он все-таки бывал здесь раньше. Но ведь если его прямо об этом спросить, он же не признается, — он посмотрел на меня. — Сэм, как считаешь — признается или нет?
— Чего ты у меня-то об этом спрашиваешь?
И снова этот взгляд — глаза в глаза.
— Он явно тебя выделяет, Сэм. Вот мы с Селейной — а вот вы двое. Я поначалу думал, что это из-за того, что ты из нас самый сильный. Я самый младший, Селейна — девушка. Боггет старается заботиться о нас, а ты как бы его помощник. Но теперь я думаю, дело не только в этом.
— И в чем же?
Тим помолчал, собираясь с силами.
— Я понимаю, что мы все из-за моей оплошности попали сюда. И я, конечно, не такой сильный, как ты, да и настоящего ведьмачьего опыта у меня нет, я даже драться не умею. Но это не значит, что я ни на что не способен, Сэм.
— Я вовсе так не думаю, — поспешил я заверить его. Тим только мотнул головой.
— Я не могу сказать это Боггету, поэтому я скажу тебе. Я хочу, чтобы ты знал: ты можешь на меня рассчитывать. Если я смогу что-то сделать, я сделаю.
Я на минуту задумался. А потом серьезно ответил:
— Договорились, Тим.
Вдруг послышались шаги. Я решил, что возвращается Боггет, но это был не он: к дереву, у которого мы сидели, направлялся белобрысый мальчишка едва ли старше Тима. Поверх обычной одежды на нем была броня — простой нагрудник и наплечники. На перевязи у пояса висел короткий меч. Приблизившись к дереву, он стал внимательно изучать объявления, двигаясь вдоль лавки. Наконец, сделав круг, он остановился напротив нас, прищурился, вчитываясь в текст на очередном листке, и потянулся за ним. В этот момент послышалось отчетливое урчание его живота.
— Есть хочешь? — спросил Тим.
Мальчишка скорчил недовольную гримассу. Но Тим не сдался.
— Мы знаем, где можно добыть пирогов. Работа простая, пироги вкусные.
Лицо его собеседника, до сих пор не проронившего ни слова, изменилось: теперь он смотрел заинтересованно.
— Если идти по цетральной улице, а потом свернуть на улицу, ведщую к ручью, там в конце будет девочка по имени Мирта. Она своего козлика потеряла. Приведешь его — она тебе пирог даст.
Мальчишка улыбнулся.
— Спасибо! Задание повторяющееся?
— Похоже на то.
— А продать козла можно, не знаете? Репутация с местными, конечно, просядет, но я все равно не осбираюсь здесь оставаться, а деньги мне нужны.
— Не знаю, мы не пробовали, — ответил Тим.
Паренек кивнул.
— Ясно! А еще тут есть какие-нибудь простые квесты, не знаете? Я взял кое-что, но это так себе, скучно, — он помахал снятой с дерева бумажкой.
Тим пожал плечами.
