Уже на следующий день после окончания совещания в Кремле, 3 января 1936 года, передовая статья "Правды", озаглавленная "Союз науки и труда", оповестила всю страну о награждении лучших из лучших высокими правительственными орденами. "В числе награжденных стахановцев сельского хозяйства имеются выдающиеся сельскохозяйственные ученые", — говорилось в статье (105). Первым среди них был назван Лысенко, удостоенный второго ордена — на этот раз высшего ордена СССР, ордена Ленина. Под передовицей было напечатано следующее сообщение:
"Саратов, 2 января (ТАСС). Вице-президент Всесоюзной с. — х академии имени Ленина Г. К. Мейстер, награжденный орденом Ленина, послал в Москву — товарищу Сталину телеграмму следующего содержания.
"Дорогой товарищ Сталин! Счастлив признанием полезности моей работы. Горю желанием отдать под вашим руководством все свои знания и силы на великое дело социалистического строительства.
Мейстер" (106)9.
Под этой телеграммой шел текст:
"МОГЛИ ЛИ МЫ КОГДА-НИБУДЬ МЕЧТАТЬ О ТАКОЙ ВЕЛИКОЙ ЧЕСТИ"
Письмо родителей академика Т. Д. Лысенко товарищу Сталину
Любимый наш, родной Сталин! День, когда мы узнали о награждении орденом Ленина нашего Трофима — это самый радостный день в нашей жизни. Могли ли мы мечтать когда-нибудь о такой великой чести, мы — бедные крестьяне села Карловка, на Харьковщине.
Тяжело было учиться до революции нашему сыну Трофиму. Не приняли его — крестьянского парня, мужицкого сына, в агроучилище, хотя в школе он имел одни пятерки. Пришлось Трофиму пойти в Полтавское садоводство. Так и остался бы он на всю жизнь садовником, если бы не советская власть. Не только старший Трофим, но и младшие пошли учиться в институты. Мужицкому сыну была открыта широкая дорога к знанию.
Закончив институты, младшие сейчас работают инженерами: один — на Уральской шахте, другой — в Харьковском научном институте, а старший сын — академик. Есть ли еще такая страна в мире, где сын бедного крестьянина стал бы академиком? Нет!..
Не знаем, чем отблагодарить вас, дорогой товарищ Сталин, за великую радость — награждение сына высшей наградой. Я, Денис Лысенко, за свои 64 года много поработал, однако, работу в своем родном колхозе "Большевистский труд" не бросаю, ибо в колхозе весело сейчас работать, ибо жить стало лучше и веселее10. В колхозе я работаю опытником, огородником, пасечником и садоводом. Подучившись на курсах селекционеров здесь, у сына, я обучил четырех колхозников скрещивать растения. Сам скрестил 13 растений, произвел опыты по яровизации свеклы, в результате чего получаю двойные урожаи. Недавно задумал специальную машину для подкормки свеклы жидким удобрением и поручил ее выполнить колхозному кузнецу. Этими работами я по мере своих старческих сил отблагодарю вас, товарищ Сталин, руководимую вами коммунистическую партию и советскую власть.
С колхозным приветом!
Денис Никанорович Лысенко (отец академика Лысенко), Оксана Фоминична Лысенко (мать).
Одесса, 2 января. (ТАСС)" (108).
"Уже ему казалось:
он всесилен".
"Знание какой-нибудь истины может быть не совсем удобно в известную минуту, но пройдет эта минута — и эта же самая истина станет полезной на все времена и для всех народов".
На следующий же год после объявления о внедрении яровизации озимых в колхозную и совхозную практику стало ясно, что вместо повышения урожайности агроприем ведет к значительным потерям урожая. Поэтому уже в 1932 году призывы к обработке холодом озимых пшениц прекратились, а вместо этого Лысенко начал пропагандировать яровизацию яровых. Ни о каком провале первого предложения он позже, разумеется, и не упоминал. Вроде бы ничего особенного не случилось, просто наука сделала шаг вперед — и теперь нужно проращивать на холоду уже не озимые, а яровые культуры. То, как он несколькими годами позже объяснил на публике свою неудачную выдумку с озимыми, стало привычным для него на протяжении всей последующей жизни. Например, 29 октября 1935 года в газете "Социалистическое земледелие" он опубликовал статью "Очередные задачи яровизации", в которой будто невзначай, просто потому что к случаю пришлось, объяснил отказ от первоначальной идеи:
"Предыдущими опытами выяснено, что любое растение озимой пшеницы, пошедшее в зиму полностью яровизированным, несравненно менее зимостойко, чем растение того же сорта пшеницы, одновременно высеянное, но пошедшее в зиму в неяровизированном состоянии. Это положение из работ по яровизации многим специалистам уже известно 2–3 года" (3).
Странно, что никаких научных сообщений об этом "два-три года назад" в печати не проскользнуло.
