Он произнес это так спокойно и уверенно, что Николас поневоле проглотил возражения. За долгие годы бывший адвокат привык всю полноту ответственности брать на себя, но теперь, видимо, пришло время уступить ведущую роль молодым. Ник уже плохо помнил времена, когда вообще ничего не знал о магии и сам водил космический корабль…
— Лукас с первого дня не отходит от этих опасных помещений, — вскользь заметил лейтенант, отвечая на реплику Инголмо.
Он был занят тем, что складывал в ящик инструменты, поэтому не увидел, как после его слов изменилось лицо старшего Холдера, но Элиан Янта замечал все.
— Николас, постарайтесь отнестись к его попыткам с пониманием.
— Если Люк ошибется и сорвется в открытый портал, мы его уже никогда не найдем.
— Главное, мы нашли его на Кемене, — Инголмо подошел ближе и встал так, чтобы смотреть Нику прямо в глаза. — Позвольте мне высказаться без всяких намеков. Лукас должен был погибнуть, потому что так работает дар Черной смерти. Если бы он попал на прежний Кемен, магия непременно убила его, но планета изменилась. Теперь сложилась обратная ситуация: чтобы выбраться отсюда, нам придется заткнуть дыру, спасшую жизнь Лукасу.
— Ценой его же жизни? — мрачно предположил Николас.
— Этого я пока не знаю, — честно ответил Инголмо.
Майли постаралась при ходьбе производить как можно больше шума, потому что Люк находился рядом со смертельной ловушкой. Он стоял не перед красной линией, а далеко за ней, его вытянутая вперед рука то появлялась, то исчезала, мерцая с пугающей быстротой. У сиогэй все похолодело внутри. Ее приемный сын играл с могучими неуправляемыми силами так невозмутимо и небрежно, словно забавлялся струями дождя. Майли пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы ее голос прозвучал естественно.
— Я принесла тебе поесть. Не хочешь сделать перерыв?
Лукас оглянулся и тепло улыбнулся матери.
— Спасибо, я бы не отказался перекусить, — он уселся на уцелевший салонный диван и помахал рукой. — Иди сюда, я тебе кое-что покажу.
Ни на мгновение не замешкавшись, Майли перешагнула красную черту и опустилась на бархатное сиденье рядом с Люком. В такой близости от пространственно-временной воронки изменения ощущались и без магического восприятия. У сиогэй зашевелились волосы на голове, в глазах замелькали цветные вспышки, ткань походного комбинезона встопорщилась. А Люк как ни в чем не бывало взял из материнских рук теплую лепешку с начинкой из вяленого мяса и впился в нее зубами.
— Что тебе удалось обнаружить? — несмотря на все старания голос Майли слегка подрагивал.
— В ходе несложных экспериментов выяснилось, что подходы к большому залу относительно безопасны, во всяком случае для таких, как я. Возможно, еще для тех, кто может самостоятельно генерировать квантовое поле. Чем ближе я нахожусь к порталу, тем лучше их вижу и чувствую.
— Кого, сынок, наших противников?
В первый момент сиогэй даже ушам не поверила. Она не чувствовала ничего и испытывала неудобства от близости аномалии как самый обычный человек.
— Да, тех, кто на другой половине замка. Если исключить охрану и прислугу, я насчитал всего девять валаров (советников), обладающих не слишком выдающимися способностями, и одного короля, чей дар весьма впечатляет. Этот аран Ойра представляет собой нечто среднее между нолдором и илфирин, но он не питается кровью, значит полностью мутировал.
— Иначе говоря, мутант первого поколения? — Майли так заслушалась, что перестала обращать внимание на неудобства. — А когда появились более совершенные образчики нолдоров, от него поспешили избавиться и сослали на Кемен?
— Что-то в этом роде, — Люк доел лепешку и вытер пальцы влажной салфеткой. — Особого выбора Ойре не предоставили, но перед ссылкой он все-таки сумел заключить с ними выгодный договор.
— Ну да, иначе откуда бы тут взялось все это добро? — раздался позади голос Николаса. — Ойре регулярно поставляли не только самое необходимое, но даже то, что на Кемене и даром не нужно.
— Ближе не подходи, отец, оставайся за чертой.
— И не подумаю, — Холдер-старший невозмутимо пересек красную линию и с удобством расположился на диване, чей силуэт заметно двоился у него в глазах. — Еще лепешки есть?
Майли молча достала из сумки еду. Она не сводила с мужа обеспокоенного взгляда, но тот задумчиво жевал, не проявляя никаких признаков распада или мерцания.
— Нам ничего не известно о потенциале короля и его валаров, поэтому лучше не вступать с ними в открытый конфликт, — высказала свое мнение сиогэй.
В ответ Люк осторожно сжал в ладони ее хрупкие пальцы.
— Отправляясь за мной на Кемен, вы поставили на карту собственные жизни, и теперь я просто обязан вернуть этот долг.
— Сынок, ты ничего нам не должен…
— Пожалуйста, выслушайте до конца, — мягко перебил ее Лукас. — Если вы не против, я сам буду решать, кому, когда и сколько отдавать. Это не попытка принести себя в жертву, мама, а обычный расчет.
— Какая польза от боестолкновения, если противник превосходит нас числом в двадцать раз? — пожал плечами Николас, который вел себя на редкость покладисто.
