Я с грустью подумал, что он совершенно не изменился с того времени, когда был профессором. Мягкий и интеллигентный, умный и проницательный, он навсегда останется для меня тем самым человеком, который мог выслушать и понять меня, который научил заклинанию Патронуса. Осколок прошлого, к которому нет возврата. Я почувствовал, как далеко сейчас нахожусь от Люпина. Время, словно песок, уходило сквозь пальцы, унося с собой людей.
—Да, Вы абсолютно правы. Вы хороший человек, профессор, спасибо, — на этот раз я улыбнулся вполне искренне.
Я увидел немой вопрос в его глазах, но ничего не стал пояснять. Все теперь будет по-другому. Он уже открыл рот, чтобы прямо спросить, но в этот момент на кухню вошел Дамблдор с Фоуксом на плече. Кухня наполнилась шумом, все начали подходить к нему, чтобы поздороваться и поздравить с Рождеством. Пока все суетились, я выбрался из кухни и поднялся наверх, чтобы никого не смущать своим хмурым видом, да и видеть мне сейчас хотелось только одного человека.
Из комнаты Гермионы послышались какие-то звуки. Я заглянул в нее и увидел, что Гермиона читает, свернувшись клубочком на кровати. Не задумываясь, я прилег рядом и обнял ее. Она только прижалась ко мне теплой спиной и растрепала мне волосы. Только сейчас я подумал, что ей, наверное, очень одиноко встречать рождество без родителей, совсем как на третьем курсе из-за нашей глупой ссоры. На этой мысли я положил голову на подушку и спокойно уснул, успокоенный мягкостью и теплотой ее тела.
Следующие два дня не отличались разнообразием. Иногда заходил кто-то из Ордена, но мы с Гермионой обращали на них мало внимания, стараясь проводить больше времени вместе. Обычно мы просто молча читали, наслаждаясь такими ценными моментами близости, только себе я не боялся признаться, что все это может навсегда закончиться через несколько дней. Миссис Уизли изредка закрывалась с кем-то на кухне для секретных разговоров. Рон и Джинни по старой памяти пытались подслушивать, а я лениво думал, что могу просто спросить Добби кто и о чем говорит в моем доме.
Наконец, настал тот день, которого я страшился и ждал. Сегодня без пятнадцати одиннадцать вечера должен сработать портал, который перенесет меня, я надеюсь, в Малфой-мэнор.
В девять я сказал всем, что мне нездоровиться, и поднялся к себе. Следовало очень ответственно отнестись к подготовке. Через час ко мне в комнату вошла Гермиона, застав меня за медитацией.
—Ты уверен, что это необходимо? Ты еще можешь отказаться от этого сумасшедшего плана
—Абсолютно, — я поднялся и прижал ее к себе. — Все будет хорошо. Все уже легли?
—Миссис Уизли еще на кухне.
Она критически оглядела созданный мной образ скромного, немного растрепанного, но уж точно никак не опасного мальчика-подростка. Поношенные кроссовки, теплые джинсы, зимняя мантия с капюшоном и свитер с незамысловатым рисунком. Мое худое телосложение было только плюсом в этом образе.
—Ты выглядишь вполне безобидно, только лучше надень линзы. Образу это почти не навредит, невинные глаза состроить сумеешь, но будет гораздо удобнее.
—Ты права, спасибо.
Я еще раз проверил, что взял все, что может мне понадобиться, но не прихватил ничего лишнего. По плану мне предстояло пройти поглубже в магловские кварталы перед перемещением. Гермиона кинулась ко мне и поцеловала, мне захотелось прямо сейчас все бросить и убежать на другой конец света с девушкой, которую обнимаю.
—Будь осторожен, — пошептала она, я откинул все лишние размышления и сжал волю в кулак.
Бодро улыбнувшись, я вышел за дверь. На Гермиону ложился отвлекающий маневр, если кто-то заметит мое отсутствие. В худшем случае у меня будет пара часов.
Выйдя на улицу, я посильнее закутался в мантию, накинул капюшон и пошел на свет дальнего фонаря по пустынной улице. В голову пришла мысль о том, что я выгляжу сейчас, как типичный темный маг. Снега не было и над моей головой ярко сияли холодным светом далекие звезды. Я вдохнул морозный воздух полной грудью и посмотрел в темное небо. Я никогда не был хорош в астрономии, хотя она была у нас с первого курса. Светящиеся на фоне черных небес звезды всегда были для меня олицетворением чего-то неведомого и неизвестного, чего-то, до чего хочется дотянуться рукой, но нет никакой возможности. Ощущение свободы наполнило меня, захотелось побежать вперед, расставив руки в стороны, и кричать, что есть мочи.
Я усмехнулся своим неуместным фантазиям и посмотрел на часы. До срабатывания портала оставалось две минуты. Я огляделся вокруг и зашел в ближайший темный переулок. Глубоко вздохнув, я успокоился и сжал тонкий цилиндр. Десять. Сосредоточиться на своем внутреннем я. Девять. Я тот, кого не надо бояться. Восемь. Я совершенно безобиден и даже самую малость смешон. Семь. Для меня это только игра. Шесть Улыбка — часть меня, она не сойдет с моих губ. Пять. Со мной не может произойти ничего плохого, ведь я в это не верю. Четыре. Сердце бьется чуть быстрее обычного, ведь я переживаю. Три. Два. Один.
Я почувствовал рывок в районе пупка. Удар, ноги спружинили, и я устоял.
