Позвав Добби условном жестом, я присел на корточки, погладил его по голове и прижал к себе. Домовик расслабился в моих объятьях.
—Спасибо, ты мне очень помог, Добби. Я не знаю, что бы я без тебя делал, — я отстранился и, улыбаясь, посмотрел в наполнившиеся слезами большие глаза. Нам уже почти не требовалось слов, чтобы понимать друг друга. За пол года домовик научился очень точно угадывать то, что я хочу, стал более серьезным и вдумчивым. Я же в свою очередь никогда не забывал его поблагодарить и подарить лишнюю пару носков. Еще раз улыбнувшись, я потрепал его за плечо и направился в сторону магазина. Пора было обеспечить себе прикрытие.
Восприятие мира удивительная вещь, иногда можно смотреть на одни и те же вещи с совершенно различных сторон. Ощущение контраста прошло, и я смог насладиться спокойствием лондонской ночи и ощущением немного грустного одиночества.
Поглощая уже остывший сэндвич и довольно мерзкий, но приятно обжигающий кофе в одноразовом стаканчике, я медленно шел по освещенной фонарями улице в сторону площади Гриммо. Меня посещали исключительно умиротворяющие мысли, беспокоиться оставалось только о том, что может остыть и второй сэндвич, купленный для Гермионы. Пошел мелкий снег, а я, закрыв глаза, запрокинул голову. Снежинки незаметно касались моего лица и стекали маленькими капельками. Втянув морозный воздух, я обратил внимание на то, что идиллия, к сожалению, была нарушена.
Мне навстречу шел Снейп в развивающейся черной мантии. Судя по лицу профессора он был очень зол или может просто замерз? Не особо переживая по этому поводу, я продолжил свое неспешное движение.
—Поттер! — угрожающе прошипел он, когда мы встретились. — Что Вы здесь делаете? Люди на ушах стоят, разыскивают Вас, а вы тут разгуливаете!
—Мне захотелось прогуляться, — пожал я плечами. — Может шоколадку?
Я вытащил из кармана шоколадный батончик.
—Что Вы себе позволяете? — в который раз я заметил чужую волю в своем сознании, это уже начинает утомлять. Я подсунул ему воспоминания о походе в магазин. Правда, они быстро переключились на знакомую сцену у озера со Снейпом и мной в главных ролях. Профессор яростно скрипнул зубами, но у моей маски эта сцена плотно ассоциировалась с ним, каждый раз всплывая перед глазами с удивительными подробностями.
—Ну как хотите, наше дело предложить, Ваше — отказаться, — миролюбиво сказал я, вскрыл шоколадку и с удовольствием откусил.
—За мной, — Снейп резко развернулся, схватил меня за руку и потащил. Вздохнув, я ускорил шаги, чтобы не отставать от него.
Совсем скоро мы добрались до дома Блэков. Он завел меня внутрь и захлопнул за мной дверь снаружи. Немного отстраненно я подумал, что нервы у Ужаса подземелий Хогвартса стали совсем ни к черту, сегодня он, наверное, пару раз приложится к спиртному, чтобы успокоиться. Было удивительно, как хорошо его отпугивают разные вариации незабвенной сцены. «Не могу сказать, что мне это неприятно», — мстительно подумал я.
Долго стоять на месте и рефлексировать мне не дали. Из кухни выглянула миссис Уизли и, увидев меня, сжала в объятьях и потащила за собой. На кухне было целое собрание. Добрая половина Ордена Феникса, заметив меня, загомонила на разные лады и начала отсылать Патронусов, видимо, чтобы отменить поиски.
Я не обращал на эту кутерьму никакого внимания, найдя взглядом Гермиону. Ее глаза жадно изучали меня, на щеках остались чуть заметные следы от ногтей, а на нижней губе, которую она постоянно прикусывала, когда нервничала, выступил капелька крови.
Я молча подошел к ней и забылся в долгом поцелуе, не обращая внимания на смешки и покашливания. Обняв ее, позволяя выплакаться, я заметил, что почти все стали расходиться по своим делам, кто через камин, а кто через дверь. Постепенно кухня почти опустила, а мы все стояли не в силах разомкнуть объятья, я чувствовал, что Гермиона сжимает меня, словно спасительную соломинку, удерживающую ее на плаву.
—А еще я тебе сэндвич купил, — улыбнулся я, разряжая обстановку.
—Ох, Гарри! — она тоже улыбнулась сквозь слезы. — Спасибо.
В общем инцидент посчитали исчерпанным, только сделали серьезное внушение, с которым я, конечно, согласился, и заставили дать обещание больше не ходить ночью по улицам, а, если вдруг снова соберусь, всегда предупреждать заранее. Никто так и не связал мою прогулку с необычной яростью Лорда, о которой удалось подслушать Рону и Джинни во время внеочередного собрания Ордена.
Наступил Новый Год и с некоторой грустью я провожал старый. Прошлый год был сложным, жестоким, но, однозначно, продуктивным. И я, и Гермиона потеряли в этом году семью, сложно было сказать, по кому из нас это ударило сильнее. Зато мы оба продвинулись в понимании того, что происходит вокруг нас.
В первую очередь мы более правильно и полно осознали место, которое отвел нам Дамблдор в своей игре с неясными целями. Мало того, за такой короткий срок, всего в полгода, мы смогли сильно, если не сказать кардинально, изменить свое положение и сделать первый самостоятельный ход.
