—А ты хочешь именно договориться? — Дамблдор усмехнулся в бороду. Стивенсон всегда плохо держал лицо и часто был несдержан в словах, по крайней мере, в общении с ним. Правда, ему это не особо мешало, поскольку все важные переговоры он предпочитал вести с позиции силы.
—Я хочу прийти к компромиссу, который будет выгоден всем, — сказал Стивенсон, положив ногу на ногу. — Если помнишь, у нас уже был такой опыт. Мне еще пришлось долго прибирать за твоим разгулявшимся учеником.
—Это было наше внутреннее дело, — огрызнулся Альбус.
—Не существует никаких «ваших внутренних дел», существует только то, чем мы позволяем вам заниматься, — жестко ответил Стивенсон.
—Ладно, ладно, — Дамблдор примирительно улыбнулся. — Чего ты хочешь?
—В первую очередь поддержки и разумных решений.
—Хорошо, скажи для начала, как вы умудрились взять под контроль Тома? Он, кажется, согласен на любой план и полностью деморализован.
—Он не ты, птица другого полета, — пожал плечами Стивенсон. — У него много слабых мест и на каждое из них можно очень больно надавить.
—Вы нашли оставшиеся крестражи? — Стивенсон с силой затушил сигарету и кивнул.
—Том уже давно не отличается особой адекватностью, так что мы были далеко не первыми, кто додумался набросить на него такой поводок.
—Что ты имеешь ввиду? — глаза Альбуса подозрительно сузились.
—Поттер, — после недолгого молчания обронил Стивенсон. — Ты знал, что у парня крестраж в голове? Вот и он тоже узнал и сообщил об этом Тому.
—Когда это было? — Альбус быстро восстановил добродушную маску.
—В январе девяноста седьмого, Том хорошо запомнил этот день, — Дамблдор почувствовал, что теряется в своих мыслях. — Примерно с тех пор Том перестал поддаваться на твои провокации. Все-таки каждый уничтоженный крестраж все сильнее подталкивает его к окончательному безумию.
—Значит, все это время Гарри не доверял мне, — Дамблдор задумался над тем, с чего это все началось.
—Альбус, сосредоточься, сейчас не время для самобичеваний, — привел его в чувства Стивенсон. — Ты готов продолжать?
—Да, конечно, — Альбус задвинул подальше свои невеселые мысли. — Что еще случилось?
—Поттер ведет двойную игру, он водил нас за нос больше пяти лет, — скривившись, как от зубной боли, сказал Стивенсон. — Когда он пришел к власти, мы не были против и даже немного помогли, хотя в этом и не было особой необходимости. Многие, в том числе и я, думали, что договориться с одним человеком проще, чем держать под контролем балаган, который вы зовете Визенгамотом.
—И что? Оказалось, что это не так? — иронично спросил Альбус.
—Он сыграл на этой нашей убежденности и нежелании развязывать открытую войну, — вздохнул Стивенсон. — Очень рискованно, но сначала все было хорошо. Он твердо отстаивал свои позиции, но с ним всегда можно было договориться по непринципиальным вопросам. А два года назад мы раскрыли несколько ячеек террористов, связанных с остатками ИРА, у которых были убойные боевые магические артефакты.
—Ты уверен, что в этом замешан Гарри? Все-таки такие артефакты могут делать многие.
—Альбус, ты отстал от жизни в своем Хогвартсе, — с некоторой жалостью сказал Стивенсон. — Он негласно контролирует все военное и около военное производство в магической Британии за счет грамотного использования благотворительности. Без разрешения Поттера не получится сделать даже простейший защитный жилет, а большинство древних артефактов крупных родов он давно реквизировал в пользу казны.
—Всегда есть подпольный рынок и кустарное производство, тебе ли этого не знать. Раньше тоже были такие прецеденты.
—Мы взяли несколько террористов живыми. Они прославляли Инсанеля-освободителя и были готовы на смерть за него, — прервал Альбуса Стивенсон.
На этот раз молчание длилось почти минуту, пока Дамблдор тихо не произнес.
—И что же вы сделали?
—Сначала попробовали договориться, потом надавить, затем разорвали экономические договоренности на государственном уровне. Потом попытались его устранить, но, как видишь, безрезультатно.
—Но как же? — Дамблдор был поражен открывшимися фактами.
—Он договорился о поставках сырья и продуктов первой необходимости на частном уровне. В итоге товарооборот даже немного увеличился, а мы ничего не можем легально сделать. Вести же подрывную деятельность среди крупных производителей катастрофично даже для нашей экономики, да и он сможет действовать через третьи лица.
—А как же гоблины? Они же, наверняка, должны были быть против, — Дамблдор никак не мог поверить в случившееся.
—Все операции проводят через Гринготтс, так что процент гоблинов никуда не делся, им в отличие от магов религия не запрещает общаться с маглами. Поттер вообще, кажется, первый маг за несколько веков, кто пошел на взаимовыгодный договор с гоблинами и маглами, — едко заметил Стивенсон.
—Да, этого сложно было ожидать. Как он смог это провернуть?
