Альбус снова погрузился в размышления, налив себе чая. Аластор Грюм, военный комендант магической Британии, старый друг и бывший член Ордена Феникса. Они часто встречались по рабочим вопросам, поскольку Дамблдор все еще был Председателем Визенгамота. Однако, преступность за последние несколько лет сильно снизилась, а по политическим обвинениям судил особый орган при правительстве, так что такие встречи нельзя было назвать частыми. А еще Грюм был агентом Дамблдора, приближенным к Гарри, хотя встречались они еще реже. Большинство распоряжений спускалось с помощниками, чаще всего Гермионой или Луной. Грюм был крайне полезен, но Альбус уже во многом сомневался в его лояльности, слишком подходила ему идеология Поттера.
Спустя два часа в камине вновь вспыхнуло пламя и послышалось характерное постукивание. Грюм со вздохом грузно опустился в одно из кресел для посетителей. Его волшебный глаз в обычной манере вращался в глазнице, сканируя помещение.
—Добрый вечер. Чаю? — улыбнулся Альбус.
Грюм демонстративно вытащил фляжку и отхлебнул, встряхнув гриву седеющих волос.
—Что ты хотел, Альбус? — он никогда не тратил время на любезности.
—Хотел пообщаться со старым другом на отвлеченные темы.
Лицо Грюма исказилось в усмешке, растянутые шрамы сложились в гротескную картину.
—С каких пор ты общаешься на отвлеченные темы?
—Хорошо, Аластор. Я хочу поговорить о Гарри.
—С чего бы это? — подозрительно проворчал Грюм, его оба глаза смотрели на Альбуса. — Семь лет ничего знать не желал, только всяких остолопов из лагерей тебе подавай, а теперь поговорить хочешь.
Дамблдор откинулся на спинку кресла, положил руки на стол и сложил пальцы домиком.
—Ты что-нибудь слышал о Драко Малфое? — спокойно проговорил Альбус, не обращая внимания на ворчание.
—Об этом хорьке что ли? Ходят слухи, что его без вины тайно арестовали и скоро он будет в Лагере или казнен, — Грюм хмыкнул и громко втянул воздух изуродованным носом. — А еще говорят, что он на самом деле предатель Родины, работает на Волдеморта и ты в курсе всего этого. Какая версия тебе больше нравится?
Дамблдор непроизвольно вздрогнул под изучающим взглядом Грюма.
—Как поживает твой ручной Пожиратель, Альбус? Не кусает руку, которая его кормит? Думаю, имеет смысл его проведать и пройти по замку на всякий случай, давно тут не был.
—Конечно, Аластор, если ты считаешь это необходимым, — улыбнулся в бороду Альбус. — И все-таки, что ты думаешь о Гарри? Мне интересно твое мнение.
Грюм растянул губы в подобии улыбки, похожей на оскал, и нехотя проговорил:
—Он парень не промах. Построил всех и держит в ежовых рукавицах. Давно так надо было сделать, зато теперь в стране порядок и никто не боится выходить на улицу. Даже Лютный и тот стал чище и опрятней.
—Да, теперь все бояться сказать лишнее слово, чтобы не загреметь в Лагерь или чего похуже.
—Те, кому нечего скрывать, не бояться, — пожал плечами Грюм. — Свобода прежде всего в самоограничении, людям это часто не понятно, поэтому существуют законы.
—Это не твои слова, а Гарри, — печально сказал Альбус.
—В этом я с ним полностью согласен.
—Подумай об убитых и их семьях, о тех людях, чьи судьбы вы сломали на пути к всеобщей Справедливости!
—Лес рубят — щепки летят. Тебе ли не знать этого, Альбус, — левая щека Грюма начала немного подергиваться, как бывало, когда он сердился или раздражался. — Не люблю таких как ты, сначала ставите себя выше закона, а потом открещиваетесь от последствий. У него хоть хватает выдержки и воли взять ответственность на себя, а не перекладывать ее на другие плечи. К тому же, большинство сейчас счастливо, у них есть цель в жизни.
—Ага, служить Инсанелю, Великому и Благочестивому, — саркастически проговорил Дамблдор.
—Не служить, а верить в него. Многие искренне приняли религию, которая уже давно зрела в сознании, не хватало только слов, чтобы выразить ее. Инсанель дал нам эти слова. Религия для нас — основной связующий инструмент общества.
—Ты опять говоришь не своими словами, — вздохнул Альбус. — Ничто, построенное на крови и костях, не может быть правильным.
—Чтоб ты знал, Альбус, недавно начала работать программа просвещения и безвозмездной помощи нуждающимся через церковь Инсанеля. Это я еще не говорю о действующих благотворительных фондах. Может, он и не идеален, но это точно лучше, чем якшаться с явными преступниками и пытаться с ними договориться.
Дамблдор печально посмотрел на старого знакомого, которого раньше мог назвать другом, а тот недовольно гаркнул:
—Я знал, что ты не поймешь, Альбус. Ведь все должно быть или по-твоему, или никак. Нам не о чем больше говорить.
Грюм встал и, тяжело клацая по полу протезом, направился к двери, оставив Дамблдора в совершенно разбитых чувствах. Правильно ли он делает, что помогает Стивенсону? Может это просто еще одна попытка маглов вернуть утраченный контроль, и реальной опасности войны не существует? Неужели он настолько привык подчиняться, что теперь не может даже думать по-другому?
========== Глава 66. Вкус правды ==========
