— Я не знаю о чем говорить, приступы необъяснимой ненависти больше не возникали, всю неделю я общаюсь с Гермионой. Кстати, спасибо за совет, суп ей очень понравился, и большое спасибо за книгу, — я положил на стол «Маленького принца», а Ганнибал слегка улыбнулся.
— Что ж я вижу, Вы смогли отвлечься от мрачных мыслей. Боюсь, это лишь первый шаг на Вашем пути, Вам необходимо не только отстраниться, но и примириться с реальностью. Давайте поговорим о Вашем крестном. Каким он был?
— Сириус, — я невольно улыбнулся от воспоминаний, — он был очень веселым, заводным, всегда хотел что-то делать, хотя его жизнь никак нельзя было назвать легкой. Сначала он рассорился со своей семьей и жил дома у моего отца до окончания школы, а потом сразу по окончанию войны его обвинили в предательстве моих родителей и он провел двенадцать лет в Азкабане, волшебной тюрьме, где условия очень далеки от идеальных. Потом он сбежал, чтобы поймать настоящего предателя и оставшиеся годы был на нелегальном положении. Когда мы впервые встретились, он сразу предложил мне жить у него, было очень приятно, ведь он, по сути, был первым взрослым человеком, кто проявил ко мне такое участие, но не сложилось. Мы не очень много общались, мне кажется, он воспринимал меня скорее, как друга, постоянно говорил, что я похож на отца, ему всегда хотелось быть ближе ко мне. Он даже расстроился, когда я не вылетел из школы за нарушение Статута Секретности в прошлом году, ведь Хогвартс — интернат. Тогда бы он смог бы проводить со мной гораздо больше времени. И вот он побежал спасать меня от собственной глупости и погиб у меня на глазах. Он был хорошим человеком, и, наверное, я любил его, несмотря на то, что мало его знал.
Я подавленно замолчал и уставился в пол, пытаясь подавить собственное непрошеное раздражение.
— Самое главное — понять свою ошибку и для себя решить больше не совершать подобного. Даже из такой ситуации можно извлечь пользу, чему-то научиться.
— Да, пожалуй, Вы правы, я уже сделал выводы о собственном неразумном поведении, хотя последнее время мне кажется, что на мое сознание как-то влияют, и я не могу правильно оценить свои поступки. Ведь Гермиона меня предупреждала! А я, дурак, не послушал! — в запале я вскочил на ноги и стал ходить из стороны в сторону, Лектер спокойно наблюдал за мной, откинувшись на спинку кресла.
— И что же Вами двигало, когда Вы совершили свою ошибку?
— Я уже говорил Вам, что у меня с Лордом есть какая-то связь непонятной природы, никто не знает, как она образовалось и что из себя представляет. Но с помощью этой связи он может посылать мне видения, иногда специально, иногда просто проецировать свои мысли и чувства, вероятно случайно. Весь год Лорд посылал мне галлюцинации во сне, а один раз я увидел, как нападают на отца моего друга, и благодаря этому его удалось спасти. А в тот раз он показал, как пытает Сириуса, при чем это было в продолжение явно наведенной галлюцинации. И я поверил в этот бред!
Я все никак не могу успокоиться и злобно глянул в окно, заламывая руки.
— Иногда моим пациентам бывает сложно отделить реальность от бредовых видений. Ваш случай иного рода, но есть метод, который может Вам помочь. Каждый раз, когда Вы чувствуете, что перед Вами стоит выбор, спокойно сядьте и прокрутите в голове свои действия, поделитесь ими с кем-нибудь или просто проговорите их вслух, ищите любое отклонение от Вашего нормального поведения.
Я кивнул, рухнул в кресло и закрыл глаза, предложение было на удивление разумным и простым, в следующий раз так и поступлю, и уж точно буду больше слушать Гермиону.
— Следующий шаг после признания ошибки — это понять, почему возникла ситуация, когда Вы ее совершили. Нет ничего удивительного, что у Вас возникло желание спасать Сириуса, пусть Вы и действовали не самым разумным способом. Что же Вами двигало, когда Вы решили спасать его сами?
— Я пробовал позвать на помощь, что было, как я думал, совершенно бесполезно. Хотя, как оказалось, помощь пришла, только сильно позже, но благодаря этому нас всех там не поубивали.
— Ладно, оставим эту тему пока. Расскажите мне о Ваших родителях, мне кажется это важным, и поможет Вам разобраться в своих поступках.
Я удивленно посмотрел на Лектера, но он не отрывал внимательного взгляда от моего лица. Немного помявшись, я начал тихо говорить:
— Я совсем не помню своих родителей. Единственное воспоминание о том, как погибла моя мама. Лорд пришел к нам в дом, сказал ей отойти от моей кроватки, она отказалась, и он убил ее, потом помню только высокий холодный смех и вспышку зеленого света — смертельное заклятье, которое он выпустил в меня. И как итог для меня, шрам, звание национального героя и праздник в мою честь в день, когда убили мою семью.
Я смотрел на свои руки и понемногу приходил в себя, рассказывать это все было на удивление тяжело, хотя я думал, что давно смирился со смертью родителей. Ганнибал не пытался прервать моих размышлений и через некоторое время я также тихо продолжил:
