– Если жив и богов не поминает, значит, неприятности позади, – вслух решила юная ведьма. – Будем считать, в битве он уцелел. Его просто оглушили. И теперь он занят чем-то важным.
Про другие возможные исходы девушка думать не хотела. Просто запретила себе страшные мысли, и все!
– Появится время, он мне сам помолится, – решительно сказала светлая богиня. – А мне нужно работать. Хозяйство в Вологде большое, и все на моих плечах!
Струги с победителями вернулись на одиннадцатый день после схватки. Два корабля, семеро девушек и шестеро сварожичей, из которых четверо были ранены.
У причалов путников встречали Светлана, великая Макошь, рыжебородый и сгорбленный сотник Дубарь из городской стражи и несколько караульных.
Подвалившие к причалу огромные лодки, сшитые из толстого лиственного теса, выбросили причальные канаты. Пока стражники наматывали их на причальные быки, через борт выпрыгнули на жердяной помост двое молодых еще воинов, с только-только пробивающейся на подбородке бородой и темным пушком под носом вместо усов. Одетые в толстую, плохо выделанную кожу, без шапок, но опоясанные широкими добротными ремнями, с каждого из которых свисало по гранитному топору и палице с навершием из окатанных речных голышей.
– Дети всемогущего Сварога приветствуют вас, боги Вологды! – почтительно поклонились они. – Мы вернулись поведать, что полностью исполнили вашу волю и сурово наказали стаю оборотней, что посмела потревожить наше дальнее порубежное селение! Вестимо, не менее полусотни лесовиков сгорели с нашим острогом и полегли в сече у его стен! Вместе с ними испили смертную чашу пятеро наших сотоварищей, и еще трое дожидаются воли всемогущей Мары!
– Ваша храбрость заслуживает достойной награды, мои сварожичи! – кивнула в ответ правительница города. – И вы ее получите! Ныне же отдыхайте, светлая богиня одарит вас всем, для того потребным.
– Для начала вам надобно поесть и выспаться, – вышла вперед юная ведьма. – А завтра переоденем вас достойно истинных потомков славного народа, победителей оборотней. Ступайте на кухню, скажите служанкам, я дозволяю есть все, что пожелаете, и запивать вареным хмельным медом. Затем в людскую и до завтра отдыхать.
Она сделала несколько шагов по причалу, нашла взглядом лежащего на циновках у кормы полураздетого Весара. Выглядел паренек, честно говоря, не очень: нижняя часть лица под левым глазом казалась сплошным кровавым месивом, грудь сплошь закрывали листья жеваного подорожника, нога была замотана в лубки. Сердце девушки екнуло, но она сдержала вскрик, только сглотнула. И почти спокойно спросила:
– Сей сварожич, похоже, в беспамятстве?
– Ему пришлось тяжелее всех, великая Света, – повернулся к богине один из воинов. – Он с нами в схрон не спускался, за острогом до самого конца бился. Вестимо, оборотни его за мертвого приняли, потому и не порвали. Но потоптали изрядно. Мы и сами полагали земле предать, да токмо застонал он вовремя. Потому и оставили. Раны, как могли, зельем присыпали, мхом закрыли да подорожником. Лубки сделали…
– Пожалуй, такой храбрец достоин особой заботы, – громко решила Светлана. – Я займусь его исцелением лично.
Девушка поманила стражников и распорядилась:
– Отнесите его наверх, в опочивальню великого Одина. Она все равно пустует.
– Но бог войны может вернуться, великая! – возразил Дубарь.
Света молча приподняла брови, выражая свое недоумение, и смертный мгновенно стушевался пред волей богини, повернулся к караульным, взмахнул рукой:
– Исполняйте!
Юная ведьма посторонилась, пропуская смертных, прошлась по причалу, оглядывая содержимое корабельных трюмов. Пара корзин с какими-то кореньями, влажная сеть, несколько циновок, охапки вялой осоки. Ни оружия, ни инструментов, ни мешков… Похоже, спасти из своего селения славянам ничего не удалось.
– Струги на берег, осмотреть и проконопатить, – кратко распорядилась светлая богиня. – Потом решим, на что еще годятся.
Юная ведьма отдала еще несколько приказов по хозяйству, после чего поднялась наверх и присела на постель возле еле дышащего паренька. Пригладила его заскорузлые, пропитанные кровью волосы:
– Ну что, настоящий мужчина? Получил чего хотел?
Весар, разумеется, не ответил.
– Интересно, тебя эти дни хотя бы кормили?
Раненый снова промолчал.
– Наверное, нет, – сделала вывод Светлана, медленно провела ладонями по его телу, прислушиваясь к исходящим от тела горячим и теплым волнам.
– И как твой красавчик? – послышался от двери насмешливый вопрос.
Валентина за прошедшие месяцы совершенно не изменилась. Все те же джинсы и красный топик, в которых девушка провалилась в прошлое, та же короткая прическа, презрительный взгляд и надменный тон. Однако Света сдержалась от резкости, ответила спокойно:
– По моему впечатлению, у него перелом нескольких ребер и еще ноги в двух местах, ушибы внутренних органов, обширные кровоизлияния. Обезвоживание и голод.
