Я уже сама немного как бы
Я не строитель и быть им не собираюсь, но не могу не думать о том, что такое дорога и как же её построить. Мысль эта преследует неотступно. Она не волнует никого из правительства, даже районного, потому что его члены по дорогам не ходят. Я понимаю, что дорогу мне не построить никогда, но не понимаю, почему дороги не строят те, кто
Повсюду царят рассусоливания и рассуждения вместо дела. Умников на государственных постах спросишь, почему в России так много леса, но она так и не зарекомендовала себя ни великим производителем мебели, ни экспортёром качественной бумаги, не преуспела ни в строительстве жилья, ни в возведении мостов и дорог. Они тот час пустятся в привычные для себя рассусоливания, что спрашивающие ни черта не смыслят «в производственных процессах», а мыслят по убогой схеме типа «много леса = прекрасная мебель» или «много песка = хорошие дороги». А по какой схеме надо мыслить? «Богатая верхушка = бедное население»? Или как в Европе: «леса нет вообще = замечательная мебель и прекрасные дома»?
– У нас ведь не только леса много, но ещё и гигантские залежи железной руды! – обиженно орут они. – Следовательно, российские автомобили должны быть прекрасными, так что ли?! А вы знаете, что дерево сперва надо спилить, потом распилить, потом высушить. Что спиленный лес необходимо разделать на бруски и доски, которые надо грамотно высушить, иначе они потом скоробятся и свернутся. А у вас ишь как всё легко получается! Руду – на машиностроение, лес – на мебель, асфальт – на дороги… Да что вы понимаете в нашей сложнейшей политике и экономике!
И тут они совершенно правы. Их главная задача: максимально усложнить жизнь в стране по всем направлениям. Они преподносят обычные производственные процессы как нечто недосягаемое для страны, где уровень безработицы вверг в деградацию целые регионы, где были ликвидированы сотни предприятий. А теперь, конечно же, негде стало ни древесину распилить, ни руду обработать. Поэтому ничего другого не остаётся, как сплавлять её китайцам по цене необработанного сырья, и обвинять рядовое население, что ни черта не смыслит «в сложнейших производственных процессах». У нас теперь каждый простой гражданин обязан разбираться в работе этих говорливых бездельников, тогда как они сами своей работой словно бы вообще не интересуются.