– И пусть взяли! Таким не грех и взять. И себя не забыли, но и город выстроили. А другой людям – шиш, городу – шиш, себе набил полные закрома и орёт потом с трибуны: народ, прорвёмся! А куда прорвёмся-то? Сидит в особняке посреди руин и негодует, что благородный взор всё время в помои и нищету упирается. Мы весь двадцатый век куда-то прорывались, думали, что в двадцать первом от этих призывов отдохнём – так нет же. И самое главное, что на фоне этого «прорвёмся» в стране есть немало городов, приспособившихся к новым условиям, где есть порядочные местные власти, делающие всё, чтобы смягчить последствия кризисов, перепрофилировать производства, проявить экономическую разумность и гибкость. Отрадно, что ещё где-то такие мужчины у власти остались. В том же Райцентре куда ни посмотришь после нашего развала, а глаза радуются. На одной улице двадцать лет тому назад были бараки дощатые, а теперь идёшь: что за диво, всё так чисто и красиво, микрорайоны уютные выстроили. Ещё в Перестройку там на улице семнадцатый век был, а теперь там коттеджи, дома, дороги, цветы, ребятня на детских площадках ватагами скачет. Красота! Я иду и думаю: что за чудеса! Всю страну разворовывают, распродают, нигде ничего не создаётся для людей, а только делается всё им во вред, а тут прямо-таки Город-сад! Такая красота посреди разрухи, как оазис посреди пустыни. Жители этой красоты говорят: «А это у нас власть такая, повезло нам. Пришли к власти настоящие мужики и создали хорошую жизнь в городе». Ну и ну, думаю, значит, ещё не всё потеряно, раз хоть где-то, хоть на маленьком клочке такие мужчины ещё остались. Не супер-пупер какой-нибудь, не болтуны и хвастуны, а просто нормальные мужики: такие, какими они и должны быть. А где городом руководят полудевки в мужском обличии, там хоть какой президент, хоть какая партия к власти придёт, а городу лучше не станет. Нет мужика нормального у власти – нет и жизни нормальной. У нас вот в Дому Культуры окна и двери досками заколотили, прямо как на фотографии военных лет. Ещё бы клочок бумажки на дверь повесили «Все ушли на фронт».
– С зелёным змием сражаться, – подсказал дед Рожнов под общие смешки.
– Вот именно. В иной город приедешь, там такой развал по всем пунктам, что уже заранее знаешь: сидит тут у руководства какое-нибудь пьяное мурло, которому дела нет до проблем местного населения. Заборы покосившиеся, столбы завалившиеся, стены облупившиеся, но тем не менее его рожей обклеены метр на два: «Достойный сын города ДОЛЖЕН стать отцом страны!». То есть, это он ещё и баллотируется куда-то в верховную власть государства. А чего он сделал-то для города, этот «достойный сын», покажите мне! Одни свалки, помойки, дома такие, словно после съёмок Сталинградской битвы. Сидит такой бздёх годами и даже не догадывается, что он есть на самом деле. Пропьют всё, проболтают, а потом рожи свои развешивают на каждом заборе: дескать, выберите нас в президенты. Настоящим хозяевам и реклама никакая не нужна: по улице их владений пройдёшься и сразу видно – у власти нормальные люди находятся. И так во всём: хоть в город приедешь, хоть в страну. У меня однокашник бывший врачом при военкомате служит, ездит по воинским частям с проверкой. И где командование хорошее, серьёзное, тверёзое, там и в помине нет ни дедовщины, ни наркомании, ни извращенцев каких-нибудь. Где нормальные офицеры есть, там и армия – любо-дорого глядеть. А где командиром поставлен забулдыга неотёсанная, там и офицеры уже посреди дня пьяные ходят, разговоры только про то, как бы водки выпить да трахнуть хоть кого-нибудь хоть куда-нибудь. Солдаты избитые, мятые, тоже пьяные или даже под кайфом, кто в тренировочных штанах, кто в тапках-шлёпанцах. Точно сказано: каков поп – таков и приход. Повезёт людям, поставят им руководителем нормального мужика – не супермена какого-нибудь сраного с его детсадовскими подвигами или мудрилу всех времён и народов, а просто нормального мужика, – и жизнь сразу налаживается. И я это вижу и в городах, и на предприятиях разного калибра. И никакой саморекламы там не увидишь, никаких оплывших спившихся харей на плакатах в полдома с надписью: «Сын народа стал-таки отцом города!». Вот такие болтуны и бездельники без мужского характера страну и ввергли в хаос. Из армии что сделали, из промышленности? Про деревню и говорить неохота, из крестьянина сделали пьяницу и дурака. Можно было бы навести порядок, можно разумно организовать жизнь везде, но они этого не хотят и не умеют, поэтому ничего другого не остаётся, как трепаться и завешивать плоды своей разрушительной деятельности в виде руин и трущоб огромными лозунгами со своей мордой.
– Благо, что морда у них для этого огромна, как на заказ, – заметил Василий Филиппович.
– Да уж, ха-ха-ха.
