Гуэро принес собой
Для своих
Для Пилар он принес цветы: традиционные хризантемы, ноготки и гребешки, сплетенные в виде крестов и венков, а еще гробик, сделанный из сахарной ваты. И маленькие печеньица с семечками амаранта внутри – она их обожала.
Гуэро опускается у могил на колени и раскладывает подарки, потом наливает свежей воды в три чаши, чтобы они могли помыть руки перед пиром. Снаружи маленький оркестрик
Он вспоминает вместе с ними.
О пикниках, плавании в горных озерах, семейных играх в
– Скоро и я присоединюсь к вам, – говорит он жене и детям.
Не так уж скоро, но ждать осталось недолго.
Мне надо успеть кое-что сделать.
Надо накрыть стол для Баррера.
И завалить его горькими фруктами.
Водрузить сахарные черепа с их именами – Мигель Анхель, Рауль, Адан.
Отправить их души в ад.
В конце концов, сегодня же День мертвых.
Дискоклуб, думает Адан, настоящий памятник вульгарности.
Интерьер «Ла Сирены», придуманный Раулем, оформлен в стиле подводного мира. Гротескная неоновая русалка («Ла Сирена») плывет над парадным входом, стены внутри сделаны в виде коралловых рифов и подводных пещер.
Вся левая стена – огромный резервуар, наполненный пятьюстами галлонами соленой воды. Цена этой стеклянной стены заставила Адана содрогнуться, не говоря уже о стоимости экзотических тропических рыб: желтых, синих и пурпурных акантурусов – по двести долларов каждая; рыбок-ежей – по триста долларов, а какие-то рыбки в желтых и черных пятнах обошлись по пятьсот. А еще дорогущие кораллы, и, уж конечно, Раулю потребовались всякие их разновидности: кораллы-мозговики, грибовидные, цветочные, кораллы в форме пальцев, будто руки утопленника, показавшиеся из воды. И «натуральные» скалы с окаменевшими водорослями, переливающиеся багровым в лучах прожектора. Из дыр в скале и кораллах высовывали головки угри – черно-белые и коричневые мурены, поверх камней ползали крабы, плавали креветки в искусственно созданных потоках.
А справа в центре ниспадал настоящий водопад. («Но это же не имеет никакого смысла, – доказывал Адан брату, когда все еще было только в проекте. – Как может быть водопад под водой?» – «Ну захотелось мне водопад, и все!» – ответил Рауль. Распрекрасный довод, злился Адан, ему просто захотелось!) А под водопадом грот с плоскими камнями, которые служили постелью для пар, пожелавших расслабиться. Адан радовался только одному: что хоть гигиена соблюдается – грот постоянно омывается струями водопада.
Столики в клубе все из ржавого перекрученного металла, столешницы, инкрустированные морскими раковинами, переливаются в электрическом свете. Танцпол раскрашен под океанское дно, дорогие светильники создают эффект синей ряби, и танцоры словно плавают под водой.
Обошелся клуб в целое состояние.
– Ладно, строй, но смотри, – предупредил Адан Рауля, – чтоб приносил прибыль.
– А то нет? – откликнулся Рауль.
Если по-честному, пришлось признать Адану, у Рауля вкус, может быть, и жуткий, но он гений по части создания клубов и ресторанов, которые и сами по себе доходны, и бесценны как центры для отмывания наркодолларов, которые сейчас полноводной зеленой рекой текут из Эль-Норте.
Сегодня клуб забит под завязку.
Не только оттого, что сегодня Эль Диа де лос Муэртос, но и потому, что «Ла Сирена» – потрясное местечко даже в этом курортном городке, где столько конкурентов. А весной, во время ежегодной пьяной оргии, известной как весенние каникулы, американские студенты слетятся в клуб и оставят тут еще больше чистых американских долларов.
Но сегодня посетители в основном мексиканцы, друзья и партнеры братьев Баррера, которые пришли праздновать с ними. Мелькают, правда, и туристы-американцы, прознавшие про клуб, немного европейцев, но ладно, они никому не мешают. Сегодня тут никакими делами заниматься не будут, как, впрочем, и в любой другой вечер тоже: существует неписаное правило, что все легальные заведения в курортных городках крепко-накрепко закрыты для любой незаконной деятельности. Никаких сделок с наркотиками, никаких встреч и, уж конечно, никаких разборок. Туризм после наркотиков – самый крупный источник иностранной валюты в стране, а потому никто не желает отпугивать американцев, британцев, немцев и японцев, оставляющих доллары, фунты, марки и иены в Масатлане, Пуэрто-Валларте, Кабо и Сан-Лукасе.
