Вы сообщаете Баррера, когда будете перевозить продукт, какой (кокаин, марихуану или героин), точный его вес и какова ваша предварительная цена – обычно между четырнадцатью и шестнадцатью тысячами за килограмм, – какого числа планируете доставить его торговцу в Штаты. После этой даты у вас есть 48 часов на выплату Баррера двенадцати процентов от предварительной цены (это гарантийная, самая низкая цена продажи; если вы продали за меньшую, то все равно должны отдать проценты за названную цену; а если дороже, платите проценты с большей). Но если вы не сумели выплатить деньги в течение двух дней, то вам лучше встретиться с Аданом и договориться о сроках выплаты или встретиться с Раулем и…
Серебро или свинец.
Эти двенадцать процентов – цена за провоз наркотика через Ла-Пласу. Если вы пожелали сами договориться с местной полицией,
Предлагали Баррера также и финансовые услуги. Адан хотел облегчить как можно большему количеству людей организацию своего бизнеса, чтобы его двенадцать процентов поступали к нему из большего количества источников. От вас не требовалось выплачивать их, пока не продан товар. Только с дохода. Но Баррера пошли дальше: они помогали отмыть деньги, как только вы продавали товар, и это приносило новые прибыли. Стоимость отмывания денег была шесть с половиной процентов, но подкупленные банкиры назначали Баррера оптовую цену в пять процентов, так что Адан наживал дополнительные полтора процента с каждого доллара клиента. И опять же вы не обязаны были отмывать деньги через Баррера – вы же независимый бизнесмен и можете поступать по своему усмотрению. Но если вы обращались в другое место и вас обдирали или обжуливали или ваши деньги конфисковывались таможней США на обратном пути через границу, то это уже ваша собственная невезуха. Баррера же всегда с гарантией доставляли деньги. Сколько бы вы ни вкладывали грязными, вы получали все обратно чистыми в пределах трех рабочих дней, ну и за вычетом шести с половиной процентов.
Такова была адановская революция в Бахе – модернизация наркобизнеса в ногу со временем.
Мигель Анхель Баррера тянет наркобизнес назад, в двадцатый век, так выразился один
И заодно я каждый день одерживаю верх над Гуэро Мендесом, думает Адан. Так как он не может переправлять свой кокаин, то не может и платить
Жизнь хороша, думает Адан в этот День мертвых.
День всех мертвых, хмыкает Кэллан.
Подумаешь, большое дело.
Да разве не
Кэллан опрокидывает пару-другую стаканчиков в баре «Ла Сирены». Желаете испытать силу воли – попробуйте купить чистый виски в мексиканском прибрежном баре. Скажите бармену, что желаете выпивку без всяких этих идиотских зонтиков в стакане, он глянет на вас так, точно вы испоганили для него весь этот хренов день.
Кэллан все-таки спросил:
– Эй,
– Нет вроде.
– Тогда к чему мне зонтик?
Если б мне требовался фруктовый сок,
Ирландский витамин С.
Испытанный напиток, продлевающий жизнь.
Что даже забавно, думает Кэллан, если подумать, чем я зарабатываю на жизнь. Чем я всегда занимался.
Аннулировал зарезервированные места у людей.
– Извините, сэр, но вы съезжаете отсюда раньше срока.
– Да, но…
Никаких «но». Вон из отеля.
Теперь уже не для Семьи Чимино. Теперь Сол Скэки заказывает ему убийства. Кэллан расслаблялся в Коста-Рике, пережидая, пока уляжется дерьмовая буря в Нью-Йорке, когда Скэки прикатил к нему в гости.
– Как ты насчет того, чтобы смотаться в Колумбию? – спросил он Кэллана.
– Зачем это?
– Прицепиться к одному дельцу под названием MAC, – был ответ.