Однако ни у Дарен, ни у Ньенны не было в этом деле никакого опыта. Гарийская Империя отличается весьма строгой моралью – до замужества дозволены только поцелуи, да и то украдкой. В Шевларийской Империи нравы более свободные, но Ньенна в силу природной скромности просто не успела завести настолько близких знакомств.
– Эй, эй, вы что, издеваетесь над нами?! – прошипела Дарен управляющему. – Как, по-вашему, мы должны демонстрировать свои способности в… в ЭТОМ?!
Ньенна не сказала ничего, но ее уши запунцовели ярче макового поля, а в глазах появилась паника.
Неизвестно, как поступили бы бедные принцессы, если бы в зал не вбежал мелкий прихвостень. Он подбежал к Бельзедору и что-то часто забормотал. Бельзедор выслушал его со всем вниманием, а затем хлопнул в ладоши и объявил:
– Прошу извинения у ваших высочеств, но мы вынуждены ненадолго прервать это дружеское соревнование. К нашей цитадели приближается очередной герой, желающий меня победить.
Во Всевидящем Оке отражались два всадника. Юноша лет восемнадцати-девятнадцати, в простой холщовой одежде, с тонким мечом на поясе. И старец – лет семидесяти на вид, с длинной белоснежной бородой, в белой мантии, с притороченным к седлу посохом. Им оставалось уже совсем немного до огненной пропасти, отделяющей Цитадель Зла от внешнего мира.
Принцессы смотрели с нескрываемым любопытством. Раньше во время таких посещений Бельзедор всегда просил их подождать в другом месте.
– …не волнуйся, мой ученик,- доносился из Всевидящего Ока скрипучий голос старца.- Добро сильнее Зла – твоя победа предопределена свыше.
– Я исполню свой долг, наставник,- тихо ответил юноша,- Я совершу то, к чему ты меня готовил.
– Слова, достойные настоящего героя,- одобрительно кивнул старец.- Всегда помни, кто ты есть, мой ученик. Помни, что ты лучшее из созданий богов – человек…
Белый кот Леонард после этих слов прекратил умываться, пренебрежительно прищурился и заметил:
– Вообще-то лучшее из созданий богов – кошка. А человек даже в первую десятку не входит.
Управляющий уже распорядился активировать защитный барьер. Кроваво-красная мерцающая стена выросла вокруг цитадели, наглухо перекрыв все пути внутрь и наружу.
Юноша и старец подъехали вплотную и спешились. Коней стреножили и оставили в укромном месте. Юноша ласково потрепал своему холку и повесил ему на шею торбу с овсом.
Бельзедор задумчиво смотрел. Все предыдущие герои вставали в тупик перед защитным барьером. За последние две луны Бельзедор использовал его трижды – первая команда героев в конце концов догадалась вырыть подкоп, вторая ушла и вернулась с раздобытым где-то ковром-самолетом, а третья тупо стояла лагерем шесть с половиной дней.
В конце концов у Бельзедора лопнуло терпение, и он впустил их сам.
Но эти двое не проявляли и тени волнения. Старец спокойно стоял, опершись о посох, а юноша медленно вытягивал из ножен меч. В два локтя длиной, очень тонкий, откованный из переливающейся узорчатой стали, рукоять украшена сапфирами. I
Юноша поднял меч. Размахнулся. Ударил. И невероятной мощи защитный барьер… лопнул. Лопнул с хрустальным звоном, рассыпался мириадами искр, в одно мгновение перестав существовать.
– Неплохой клинок,- задумчиво произнес Бельзедор.
– Это легендарный меч Деправерон, прозванный также Сокрушителем Преград,- сообщил управляющий, листая каталог волшебных мечей тысяча пятьсот четвертого года издания,- Как видите, для него не существует защит, Властелин.
– Что, вообще? – усомнился Бельзедор.
– Вообще. Он разрушит любую стену, любой заслон и доспех. Это один из десяти сильнейших клинков в мире. Его мощь неизмерима, однако использовать ее может только чистый сердцем, абсолютно бескорыстный индивид. К нам приближается незаурядный герой, Властелин.
Юноша и старец шли по мосту. Они шли спокойно, не тревожимые обычным потоком стрел. Заинтригованный Бельзедор повелел прихвостням оставить их в покое, отозвав всех чудовищ и стражу.
Он только распорядился опустить ворота – ему хотелось снова посмотреть на Деправерон в действии. И тот не подвел – одного легкого удара хватило, чтобы толстые железные решетки разлетелись в блистающую пыль. Юноша даже не замедлил шага, входя в цитадель. А вот старец остановился, что-то говоря вслед своему ученику.
Дарен и Ньенна глядели на Всевидящее Око с полным равнодушием. А вот друг на друга они временами бросали колючие взгляды. Принцессы прекрасно помнили, что их прервали на середине важнейшего спора, и сейчас они усиленно размышляли, как быть с четвертым туром.
Этим злосчастным четвертым туром…
– Не хотите ли подкорма, девушки? – спросил Бельзедор, предлагая принцессам ведерко.- У нас есть еще немного времени, пока герой будет пробиваться к тронному залу.
– Благодарю вас, лорд Бельзедор,- взяла горсточку Ньенна.
– А вы, ваше высочество? – обратился к Дарен Бельзедор.
Та взяла сразу две горсти и рассеянно спросила:
– А ты умеешь делать куннилингус?
– Что?…- приподнял брови Бельзедор. Он совершенно не ожидал такого вопроса.
