– На вид она вполне здорова, – спокойно промолвила Карлиния. Волосы ее действительно оказались короткими – темные кудряшки едва прикрывали уши. Стало быть, ее короткая стрижка не являлась иллюзией Тел'аран'риода. На Карлинии было все белое, даже вышивка на платье. – А если потребуется, можно будет попросить Желтых заняться ею потом.
– Дайте вы ей хоть в себя прийти, – рассмеялась Мирелле. Пышные цветы, желтые и красные, усеивали ее платье так густо, что зеленый фон был почти неразличим. – Она ведь за ночь преодолела тысячу лиг. За несколько часов!
– Нет у вас на это времени, – решительно возразила молодая Айз Седай. Среди сестер она выделялась и своим нарядом – желтый, с голубыми вставками и глубоким, с голубой оторочкой вырезом костюм для верховой езды казался здесь неуместным, – и возрастом. Она была единственной, чей возраст поддавался определению. – С самого утра на нее насядут члены Совета. И ежели она не будет готова, Романда выпотрошит ее, как сазана.
Эгвейн ахнула. Голос и сам по себе казался знакомым, да еще эти рыбацкие присказки…
– Суан Санчей! Но это же невозможно!
– Вполне возможно, – сухо отозвалась Анайя, покосившись на молодую женщину.
– Суан снова стала Айз Седай, – пояснила Мирелле без особой радости в голосе.
Эгвейн с трудом верила в случившееся даже после того, как Шириам все ей растолковала. Выходит, Найнив Исцелила усмирение? А Суан Санчей выглядит не старше Найнив именно из-за того, что некоторое время пробыла усмиренной? Суровая, толстокожая Суан – и эта красавица с нежными кремовыми щечками?
Пока Шириам говорила, Эгвейн присматривалась к Суан и убедилась, что в одном та не изменилась. Глаза ее остались такими же, как прежде. Как можно было не узнать этот взгляд, способный забивать гвозди? Но кроме взгляда… Суан изменилась не только внешне, она утратила большую часть своей былой мощи. Эгвейн уже достаточно знала, чтобы определить способность той или иной женщины иметь дело с Силой, и чувствовала:
не считая ее самой, сильнее всех в этой комнате Шириам. За ней, кажется, следовала Мирелле, а остальные были примерно равны. Кроме Суан. Та оказалась самой слабой.
– Это поистине самое замечательное из открытий Найнив, – промолвила Мирелле. – Желтые освоили ее способ и творят прямо-таки чудеса. Но начало всему положила она. Садись, дитя, разговор предстоит долгий.
– Я лучше постою, – скромно ответила Эгвейн. От одного взгляда на стул с высокой спинкой ее чуть не пробрала дрожь. – А как дела у Илэйн? Мне хотелось бы узнать побольше и о ней, и о Найнив.
Самое замечательное из открытий Найнив, мысленно отметила Эгвейн. Стало быть, не единственное. Похоже, Найнив на месте не топталась, да и Илэйн, наверное, тоже. Ей придется поднажать, чтобы сравняться с ними. И, надо полагать, теперь ей это позволят. Едва ли они так тепло приветствовали ее лишь для того, чтобы с позором отослать прочь. Она еще ни разу не присела и не обратилась ни к одной из сестер как положено, правда, не потому, что задиралась – задираться с Айз Седай ей и в голову не приходило, просто случая не выдалось, – но никто, кажется, не собирался указывать ей, как следует держаться Принятой в присутствии Айз Седай. Видать, о ее обмане они все-таки не прознали. Но в чем же тогда дело?
– У Найнив с Илэйн все в порядке, если не считать маленьких неприятностей с кастрюлями, – начала было Шириам, но ее прервала Суан:
– Что это вы тут разболтались, словно безмозглые девчонки? Времени нет, и отступать уже поздно. Вы сами все это затеяли, и вам придется довести дело до конца. А нет – Романда развесит всю вашу компанию сушиться на солнышке вместе с этой девчонкой. С помощью Деланы, Фэйзелле и прочих членов Совета.
Шириам и Мирелле мгновенно обернулись к Суан. Затем к ней повернулись и все прочие Айз Седай. Глаза их, как и подобает глазам Айз Седай, были холодны и суровы, как и их лица. Поначалу Суан встретила эти взоры столь же бестрепетным взглядом, затем чуточку стушевалась. Слегка покраснев, она поднялась со стула.
– Возможно, я несколько поспешила, – негромко пробормотала она. На взгляд Эгвейн, это не слишком походило на прежнюю Суан Санчей.
Но дело было даже не в неожиданной кротости Суан. Эгвейн решительно не могла взять в толк, что же здесь происходит. Что именно затеяли эти женщины? И почему ее, Эгвейн, подвесят на солнышке, если они не сумеют довести задуманное до конца?
Сестры переглянулись с непроницаемым видом, столь обычным для Айз Седай. Первой кивнула Морврин.
– Ты вызвана сюда по особой причине, – торжественно изрекла Шириам.
Сердце у Эгвейн екнуло. Что же они знают? Что им нужно?
– И причина эта заключается в том, – продолжила Шириам, – что тебе предстоит стать новой Амерлин.
