– Ты поступил мудро, явившись сюда, – кивнул Элронд. – Сегодня ты услышишь все, что требуется, и замыслы Врага откроются тебе во всей полноте. Гномам остается только стоять насмерть и надеяться на лучшее, хотя надежда эта будет слабой. Правда, вы не одиноки. Ты скоро поймешь, что ваша беда – лишь часть общей беды, беды, которая нависла над всем Западом. Итак, Кольцо! Что же мы будем делать с этим Кольцом, «самым нестоящим» из всех Великих Колец, с этой прихотью Саурона? Вот о чем сегодня все наши думы. Ради этого вы и званы сюда. Я говорю – «званы», хотя я не звал вас, о чужеземцы из дальних стран. Волею случая вы пришли сюда, пришли сами и встретились в нужный час. По крайней мере, это может показаться случайностью – но на самом деле это далеко не случайность и не совпадение. Похоже скорее, что вас призвали – призвали для того, чтобы мы с вами – мы и никто другой – отыскали путь к спасению Средьземелья. Поэтому я открою вам то, что до сих пор было ведомо лишь немногим. И прежде всего – дабы все могли уразуметь, в чем опасность – досточтимым гостям будет изложена история Кольца от начала ее до нынешнего времени. Я начну рассказ, другие его закончат.
И Элронд, чеканя слова, поведал слушавшим о Сауроне, о Кольцах Власти и о том, как они были выкованы, – а случилось это в давние времена, когда над миром текла Вторая Эпоха. Некоторые из собравшихся отчасти уже знали эту историю, но целиком она не была известна никому, и все взгляды были неотрывно прикованы к Элронду, а на лицах попеременно отражались то страх, то изумление. Владыка Ривенделла рассказал об эльфийских кузнецах Эрегиона, об их дружбе с Морией, об их страсти к знаниям, через которую Саурон и уловил их в свои сети. Тогда он не был еще так уродлив и страшен, как ныне, говорил Элронд, и эльфы приняли его помощь, благодаря чему стали воистину великими умельцами, а Саурон сумел проникнуть во все тайны кузнецов, и предал эльфов, и тайно выковал на Огненной Горе Единое Кольцо, с помощью которого надеялся поработить их. Эльфов спасло лишь то, что Кэлебримбор197 на расстоянии почувствовал появление Единого Кольца и вовремя скрыл те Три, что сделал сам. Тогда разразилась война198, страна подверглась опустошению, и врата Мории закрылись.
Через многие годы, прошедшие с тех времен, проследил Элронд судьбу Кольца; но эта история рассказана и в других источниках, не говоря уже о Книгах Предания, куда она внесена рукой самого Элронда, а потому здесь она опускается. Ибо это длинная повесть, повесть о делах великих и страшных, и, хотя Элронд изложил ее кратко, солнце успело высоко взобраться на небосклон и наступил день.
О Нуменоре поведал Элронд199, о его славе и падении, и о том, как спасенных из морских бездн Королей Запада принесло на крыльях бури к берегам Средьземелья. Вспомнил он и об Элендиле Высоком, и о том, как Элендил и его сыновья, Исилдур и Анарион, стали великими властителями, основав Северное Королевство – Арнор и Южное – Гондор, что раскинулось вокруг дельты Андуина. Но Саурон, окопавшийся в Мордоре, напал на них; тогда властители заключили Последний Союз200, союз людей и эльфов, и полки Гил-галада и Элендила собрались на смотр в Арноре.
Здесь Элронд умолк ненадолго и вздохнул.
– Я, как сейчас, вижу перед собой блеск и славу их знамен, – молвил он. – Мне вспоминалось тогда величие Старших Дней и армии Белерианда201 – такое множество могущественных князей и военачальников съехалось на этот смотр! И все же они уступали в числе и благородстве тем, кто участвовал в свержении власти Тангородрима, когда эльфы надеялись, что злу положен конец, но ошиблись…
– Тебе это вспоминалось?! – не выдержал Фродо от удивления и, увидев, что Элронд обернулся к нему, начал поспешно оправдываться: – Я думал, что гибель Гил-галада… ну, что это было когда-то давно, в прежние Эпохи!
– Верно, – без улыбки ответил Элронд. – Я действительно помню прежние Эпохи – в том числе Старшую. Моим отцом был Эарендил – а он родился в Гондолине еще до падения этого королевства. Матерью же моей была Элвинг, дочь Диора, сына Лутиэн из Дориата. Я был свидетелем трех Эпох, отшумевших над Западом, видел много поражений и много бесплодных побед. Я был герольдом Гил-галада и шагал в рядах его войска. Я сражался в битве при Дагорладе, у Черных Ворот Мордора, и мы одолели Врага, ибо никто не мог противустать копью Гил-галада – Айглосу и мечу Элендила – Нарсилу202. Мне довелось видеть и последний бой на склонах Ородруина, где кончил свой земной путь Гил-галад и пал Элендил, и где преломился меч Элендила. Но и Саурон был повергнут, а Исилдур, схватив рукоять отцовского меча с обломанным клинком, отсек Врагу палец с Кольцом и взял Кольцо себе.
Здесь вмешался чужеземец Боромир.
