– Вот и Нимродэль!263 – возликовал Леголас. – Лесные эльфы сложили о ней немало песен, и мы, северяне, их не забыли. Радуга над водопадами, золотые цветы, которые плывут по течению вместе с пеной… Но сейчас темно, и мост через Нимродэль разрушен… Пойду омочу ноги: говорят, Нимродэль исцеляет от усталости.
Он спустился по крутому берегу и ступил в воду.
– Сюда! – позвал он. – Тут неглубоко. Давайте перейдем на ту сторону! На том берегу самое место для ночлега. Шум воды поможет нам уснуть и забыть о нашем горе.
Друг за другом они спустились к реке и вслед за Леголасом перешли ее вброд. Ступив в воду, Фродо ненадолго остановился и дал воде свободно омыть усталые ноги. Вода Нимродэли холодила, но прикосновение ее было удивительно чистым и приятным, и, когда волны дошли до колен, Фродо почувствовал, что вся дорожная грязь и усталость смыты бесследно и больше не вернутся.
Когда Отряд собрался на другом берегу, Арагорн дал своим спутникам разрешение отдохнуть и поесть. Все устроились поудобнее, и Леголас рассказал множество сбереженных эльфами Чернолесья легенд о Лотлориэне и о том, как ярок был солнечный и лунный блеск на полянах у Великой Реки, пока мир не стал серым и бесцветным, как теперь.
Наконец наступило молчание; только нежный плеск и музыка водопада доносились из полутьмы. Фродо прислушался – и ему померещилось, будто в журчанье воды вплетается голос, поющий песню.
– Слышите? Это поет Нимродэль, – отвечая его мыслям, проговорил Леголас. – Хотите послушать песню о ней? Нимродэль – имя эльфийской девы. Она звалась так же, как и река, на берегах которой она когда-то жила. На нашем, лесном наречии эта песня звучит очень красиво, но в Ривенделле ее сейчас многие поют на Западном Языке. Вот послушайте. – И тихо, так, что шелест листьев по временам почти заглушал его, Леголас начал:
Голос Леголаса чуть дрогнул, песня оборвалась.
– Дальше я петь не могу, – сказал он. – Это только начало – я многое позабыл. Песня длинная и печальная – в ней говорится о том, как в Лотлориэн, Лориэн Цветущий, впервые пришло горе, а случилось это оттого, что гномы разбудили зло, дремавшее под корнями гор.
– Гномы не сотворили зла, они только потревожили его, – насупился Гимли.
