Зал замыкала отвесная скала с небольшим полукруглым гротом у основания. Это была единственная «крыша», если не считать ветвей деревьев, которые в дальнем конце зала почти смыкались над головой, оставляя посередине лишь узкую полоску открытого неба. Над входом в грот, заслоняя его прозрачной водяной занавесью, падал с отвесной каменной стены серебряный ручеек, отделившийся от горного потока. Вода собиралась в большую каменную чашу у корней деревьев, переливалась через край и бежала вдоль тропинки обратно к Энтвейе, начинавшей отсюда свой долгий путь через Фангорнский лес.
– Гумм!.. Пришли! – объявил Древобород. – Мы примерно в семидесяти тысячах энтийских шагов от места, где встретились, но сколько это будет по меркам вашей страны, сказать не могу. Мой дом находится здесь, у подножия Последней Горы. Если перевести название – вернее, самое начало названия, – оно будет звучать как «Родниковый Зал»346. Мне по душе это место. Тут мы сегодня и заночуем.
Перед сторожевыми деревьями Древобород поставил хоббитов на траву, и они вслед за ним прошли в арку ворот. Только теперь друзья заметили, что Древобород при ходьбе почти не сгибает колен, зато шаги у него получаются огромные. Ступая, он сначала зацеплял землю большими пальцами, действительно необычайно длинными и толстыми, а затем опускал ступню.
Древобород постоял немного под брызгами водопада, глубоко вздохнул, довольно рассмеялся и вошел в пещеру. Посреди нее стоял широкий каменный стол, – правда, ни кресел, ни стульев тут явно предусмотрено не было. В глубине ниши было совсем темно. Древобород поставил на стол два больших кувшина. Казалось, в них простая вода, но энт протянул над сосудами руки – и вода заискрилась: в одном – золотым, в другом – ясно-зеленым светом. В гроте стало светлее, и хоббитам показалось, что они сидят под кронами деревьев и сквозь пышную зеленую листву проникает солнце. Оглянувшись, Пиппин и Мерри увидели, что деревья, стоявшие вдоль отлогих стен зала, тоже стали светиться – сначала едва заметно, потом все ярче, пока наконец каждый лист не окаймила полоса света – зеленого, золотого, медно-красного, а стволы превратились в колонны, словно высеченные из какого-то фосфоресцирующего камня.
– Ну что ж, продолжим беседу, – сказал Древобород. – Наверное, вы хотите пить? Устали? Тогда отведайте вот этого!
В глубине пещеры стояло несколько высоких каменных жбанов с тяжелыми крышками. Одну из них энт поднял, вместительным черпаком зачерпнул какого-то напитка и наполнил три чаши – одну огромную и две поменьше.
– Это энтийское жилище, – сказал он, разводя руками. – Боюсь только, сидеть тут не на чем. Разве что на столе?
Он поднял хоббитов и усадил на каменную плиту на высоте футов шести над полом, где они довольно удобно расположились, болтая ногами и потягивая энтийский напиток. Он напоминал обычную воду, ту самую, что они пили недавно из реки. Но теперь в ней чувствовался незнакомый привкус. Казалось, в нише повеяло напоенным запахами леса ночным ветром.
Напиток не замедлил оказать свое действие. Сначала Пиппин и Мерри ощутили тепло в пальцах ног. Потом жар стал медленно разливаться по всему телу, наполняя усталые мышцы силой и свежестью. Волосы на макушке чуть-чуть приподнялись и тут же стали расти, свиваясь в пышные кудри. Тем временем хозяин грота омочил ноги в каменном бассейне у входа, вернулся и выпил свою чашу одним глотком, зато таким долгим, что, казалось, ему не будет конца.
– Ах-ха, – вздохнул наконец энт, ставя пустую чашу на стол. – Гу-ум! Гм! Ну, теперь можно и поговорить. Садитесь на пол, а я лягу – не то питье ударит мне в голову и нагонит дрему.
Справа, у стены, в нише стояло широкое ложе на низких – не больше двух локтей от земли – ножках, щедро устланное сухой травой и папоротником. Древобород, слегка согнувшись в поясе, медленно склонился на ложе и вытянулся в полный рост, закинув руки за голову и глядя в потолок, на котором играли зеленые и золотые блики – словно лучи в солнечной листве. Мерри и Пиппин пристроились рядом, на подушках, набитых душистым сеном.
– А теперь рассказывайте, только помедленнее, – сказал Древобород.
Хоббиты не заставили себя упрашивать и повели рассказ с самого начала – а именно с того памятного дня, когда они покинули Хоббитон. История получилась довольно путаная – уж больно они горячились, перебивая друг друга и забегая вперед, так что Древобороду то и дело приходилось останавливать их и просить немного вернуться; а иногда он сам забегал вперед, пытаясь уяснить, что произошло в последние несколько дней. О Кольце хоббиты и словом не обмолвились, равно как и о том, что именно заставило их пуститься в путь и чего ради все было затеяно. Впрочем, Древобород как будто и не проявлял к этому особого интереса.
Зато его необычайно занимало все остальное, будь то Черные Всадники, Элронд, Ривенделл, Старый Лес, Бомбадил, Морийские Копи, Лотлориэн или Галадриэль. Древобород заставил хоббитов подробнейшим образом описать Заселье и все соседние с ним земли. При этом он внезапно задал странный вопрос:
