Старый маг в самом деле был рядом, в кресле у открытого окна.
— Да, это я, — сказал он. — Я здесь, и ты, к счастью, тоже, хотя с тех пор, как вышел из дому, натворил столько нелепостей, что мог бы и не добраться.
Фродо снова откинулся на подушки. Когда так удобно и покойно, спорить не хочется, да Гэндальва и не переспоришь. Он уже совсем проснулся, и к нему постепенно возвращалась память обо всем, что случилось с ним в пути: опасный переход «напрямик» через Старый лес; «нечаянность» в трактире «Гарцующий пони»; безумие в овраге под горой Ветров, когда он надел Кольцо. Пока он обо всем этом думал и тщетно пытался вспомнить, как оказался в Райвенделе, Гэндальв молчал, только трубка его попыхивала, посылая белые колечки дыма за окно.
— Где Сэм? — после паузы спросил Фродо. — А с остальными ничего не случилось?
— Все у них в порядке, не волнуйся, — ответил Гэндальв. — Сэм все время был с тобой, я его только полчаса назад услал отдыхать.
— Что же у брода произошло? — спросил Фродо. — Там все было, как в тумане. Да и сейчас я пытаюсь вспомнить, а в глазах туман.
— Так и должно быть. Ты сам в том тумане чуть не растаял. Мог от такой раны превратиться в тень. Еще несколько часов — и мы бы тебя не спасли. Но ты силен, дорогой мой хоббит! И геройски держался в Могильнике. Ты там был на волоске от гибели. Может, то был самый опасный момент из всех. Вот если бы ты у горы Ветров выдержал и не поддался!
— А ты, оказывается, много знаешь, — сказал Фродо. — Я ведь остальным про Могильник не говорил. Сначала было слишком страшно, потом не до этого… Как ты все узнал?
— Ты много бредил, пока спал, Фродо, — мягко сказал Гэндальв. — Я без труда читал твои мысли и проник в твою память. Не волнуйся; хоть я и произнес «нелепости», я тебя не виню. Вы все молодцы, и ты, и остальные. Пронести Кольцо в такую даль через такие опасности — уже подвиг.
— Без Долгоброда мы бы не справились, — сказал Фродо. — И тебя нам очень не хватало. Я без тебя просто не знал, что делать.
— Меня задержали, — сказал Гэндальв. — Из-за этого чуть было все не погибло. Хотя, может быть, как раз наоборот: если бы меня не задержали, могло быть хуже.
— Ты мне расскажешь, что с тобой случилось?
— Всему свое время! Сегодня надо слушать Элронда: не болтать и не волноваться.
— Да ведь за разговором я от мыслей отвлекусь. Думать утомительнее, — возразил Фродо. — Я уже совсем проснулся и помню много такого, что объяснить не могу. Почему тебя задержали? Хоть про это расскажи!
— Скоро узнаешь все, что тебя интересует, — сказал Гэндальв. — Как только поправишься, мы устроим Совет. А пока скажу только, что меня держали в плену.
— Тебя?! — воскликнул Фродо.
— Да, меня, Гэндальва Серого, — хмуро произнес маг. — В мире много сил, как добрых, так и злых. С некоторыми мне не совладать. С некоторыми я не мерялся. Но подходит мой час! Князь Моргула вывел Черных всадников через Андуин. Готовится война!
— Выходит, ты знал про Всадников — раньше, чем я их встретил!
— Конечно, знал. Даже один раз тебе о них говорил — ведь Черные всадники и есть Кольценосные призраки. Девять слуг Властелина Колец. Я только не знал, что они снова появились в нашем мире, — а то бы сам с тобой вместе тотчас бежал из Хоббитшира. Мне о них сказали в июне, когда мы расстались… Впрочем, и об этом потом. Пока мы спасены — благодаря Арагорну.
— Да, — сказал Фродо. — Нас спас Долгоброд. Я ведь сначала его боялся. И Сэм ему не доверял — до встречи с Глорфиндэлом.
Гэндальв улыбнулся.
— Про Сэма я знаю, — сказал он. — Теперь Сэм ему крепко верит.
— Я рад, — сказал Фродо. — Потому что Долгоброд мне очень нравится. Хотя «нравится» — не то слово. Он стал мне дорог… Он, конечно, странный человек, а временами бывает угрюм и беспощаден; вообще мне кажется, что он чем-то на тебя похож. Я не знал, что огромины такими бывают. Я думал, что они — ну, просто большие и туповатые; добрые и глупые, как Медовар, или тупые и подлые, как Билл Хвощ. Правда, у нас в Хоббитшире люди почти не появляются, мы только с бригорянами немножко знакомы.
— Если ты думаешь, что старина Медовар глуп, то вы и бригорян не знаете, — сказал Гэндальв. — Для своих дел ему ума хватает. Мозги у него, конечно, поворачиваются медленнее, чем язык, но, как говорят в Бри, этот
— Так ты наверняка знаешь, что Долгоброд — из старинного рода королей? — удивился Фродо. — Я думал, они все давным-давно погибли. А его считал просто скитальцем…
— Просто скитальцем! — вскричал Гэндальв. — Милый мой, ведь стражи-скитальцы и есть дунаданы — последние северные потомки великого западного племени. Они мне помогали раньше; их помощь снова будет нужна, и очень скоро: пока мы добрались до Райвендела, но Кольцу предстоит дальнейший путь.
