Семейные проблемы выходят на первый план. Сможет ли Михаил разрешить их таким образом, чтобы не обрушить на себя гнев нескольких правящих семей? Отступятся ли боги в борьбе за алтарь? И что делать, если прошлый мир снова захочет вернуть своего уникального мага?
В Осаку я прибыл утром. Долгий переход свитками хоть и сэкономил время, но наложил отпечаток на тело. Остро хотелось крови, но рядом не было никого, кто подошёл бы на роль донора.
Трущобы Осаки мало подходили для таких целей. Расположенные в районе порта, где было много складов и фабрик, они просыпались с рассветом. Моряки и грузчики спешили в порт на работу, а работницы борделей и ночные воришки наоборот возвращались домой. И те, и другие устали за ночь, но не прочь были подзаработать ещё деньжат на незнакомом господине европейской внешности, озирающемся по сторонам.
Сегодня никому из них не повезло, ибо стоило мне появиться посреди тёмной обшарпанной улочки среди деревянных покосившихся лачуг, от стены одной из них отделился мужчина в сером плаще и широкополой соломенной шляпе.
— Следуйте за мной. В городе небезопасно, — на ломанном русском произнёс он. — Не хотим потерять одного из самых щедрых заказчиков.
Пока мы шли среди хаотично разбросанных деревянных лачуг и складов, я успел уточнить у Арсения, кто же меня встретил. Оказалось, командир одной из групп, исследующих изнанки на территории Японской империи по заказам Комариных. Я ещё раз удивился сети, созданной дедом и работающей даже после его смерти. Другой конец земли, а «свои» люди были даже здесь.
— Куда помочь добраться? — задал на ходу вопрос провожатый.
— В Киото, воздушный порт.
— Правильное решение, — отстранённо заметил тот. — Здесь скоро такое начнётся, что лучше переждать на материке.
— О чём речь? — вежливо поинтересовался я внутренними дрязгами чужой страны. Жизнь научила меня всегда держать нос по ветру.
— Город бурлит. Если встретите воинов с гербами мыши, бурозубки, кита, дельфина, волка, горностая или кабана, то лучше не провоцируйте их или перейдите на другую сторону улицы. А ещё лучше носите на виду собственную эмблему. У нас нет рода, почитающего Комара. Сразу поймут, что вы — иноземец, и подумают, прежде чем связываться.
Дальше мы шли молча, а я всё чаще замечал гербы, перечисленные командиром, среди толпы. Их носители старались спрятать их под широкими плащами или меховыми накидками, но то там, то тут ветер играл с одеждой, выдавая заговорщиков. Но это только если знать, что искать.
— До Киото примерно два-три часа езды, в зависимости от погоды на перевале, — продолжал инструктировать меня провожатый, — вас довезут до воздушного порта. Мой вам совет, постарайтесь держаться подальше от императорского дворца.
Командир махнул рукой в сторону серого невзрачного автомобиля с открытым бортом, перевозящего курей в клетках. Запах от них был ещё тот, зато и внимания такой транспорт не привлекал.
Попрощавшись, я загрузился в машину. Маура и Имал подтвердили, что Тэймэй всё ещё ждёт меня в воздушном порту, да не одна, а с матерью и мальчиком лет шести-семи, доверчиво сжимающим ладошку иллюзионистки и хмурящимся. Обе кисы в один голос заявили, что в случае заварушки мальчика «надо брать» и «оракул в хозяйстве всегда пригодится», попутно расхваливая хозяйственность Тэймэй, успевшей за время командировки домой разжиться таким уникумом.
Успокоившись, я уж думал подремать. С учётом разницы в часовых поясах я держался на ногах почти двое суток, и краткий сон бы мне не помешал, но Тильда решила иначе. Её возглас:
— Хочешь, подарю тебе дирижабль? — явно намекал, что спокойствие нам только снилось.
Тильда радостно потирала руки. Это же надо, повезло так повезло.
Она уже хотела было отчитаться, что с наймом дирижабля случился полный писец, вернее, Кречет, а перекупить иностранцев не вышло, когда к ней подошёл один из вездесущих работников воздушного порта и за отдельную плату нашептал про небольшой дирижабль, пришвартованный на краю лётного поля. 'Небольшое" воздушное судно выглядело как после взятия на абордаж. Но кто она такая, чтобы в нынешней ситуации отказываться от подарков судьбы.
Перед ней стоял низенький толстячок с выбитым зубом и наполовину обритой головой. Остальные волосы были собраны на макушке в косу. От его одежды кирпичного оттенка несло забористым одеколоном, перебивающим запах пота и… крови.
— Мы отбывать в Шанхай в полночь, много людей не взять. Но вас, красавица, взять! — сальный взгляд буквально облапал все выпуклости красотки с фиолетовыми волосами, намекая на форму расплаты. — Наш услуга дорого!
— Сколько за три десятка человек? — Тильда на пальцах показала количество пассажиров.
— Макра четыре! — алчно заблестели глаза азиата.
— Белены объелся? И одного-то много будет! — возмутилась было эрга, но Эон мысленно успокоил подругу. — Один макр и точка! И нас пропускают без досмотра!
— Один макра четыре! — как болванчик закивал азиат, будто ему предложили бессмертие и богатства всего мира одним разом.
— Расплата в Шанхае! — предупредила Тиль.
— Показать, чтоб знать, вы не лгать! — возмутился толстяк.
Тильле пришлось продемонстрировать камешек четвёртого уровня, выданный в общак для участников похода. Вдруг магическое истощение или ещё что-то…
