— Конечно, в темноте мы читать не умеем, — крикнул в ответ Сэм. — Но если из-за этой вашей надписи хоббиты из Хоббитшира должны мокнуть под дождем в холодную ночь, я сейчас это объявление отыщу и сорву, чтоб его не было!
Хлопнула створка окна, лязгнул засов, из дома слева высыпала толпа полуростиков с фонарями. С противоположной стороны моста ворота открылись, несколько хоббитов даже перебежали через мост. При виде путешественников они, по-видимому, испугались.
— А ну, иди сюда, Хоб Сеногрыз! — закричал Мерри, узнав при свете фонаря одного из старых знакомых. — Что все это значит? Это же я, Мерри Брендибак! Что здесь делают порядочные баклендские хоббиты вроде тебя? Ты же был привратником у Загороди?
— Ой, батюшки! Господин Мерриадок, право слово, он, а одет, как рыцарь, и с оружием! — воскликнул хоббит с седеющей головой. — Тут говорили, что молодой господин погиб, заблудился в Старом лесу. Вот радость-то видеть вас живым и невредимым!
— Если рад, так кончай таращить на меня глаза и отворяй ворота! — потребовал Мерри.
— Очень сожалею, господин Мерриадок, но этого не могу. У нас приказ.
— Кто приказал?
— Шеф из Торбы-в-Холме.
— Какой еще шеф? Ты хотел сказать — Лотто? — спросил Фродо.
— Он, он, господин Торбинс. Но надо говорить «шеф».
— Да ну? — сказал Фродо. — Вообще, в этом что-то есть. Так он хоть не позорит нашу фамилию. Но видно, пора, чтобы родственники им занялись и призвали его к порядку.
Хоббиты за воротами притихли.
— Лучше таких вещей не говорить; он может узнать, — сказал после паузы кто-то оттуда. — А если будете так орать, разбудите шефову огромину!
— Мы его разбудим так, что он долго удивляться будет! — закричал Мерри. — Если это означает, что твой замечательный шеф берет на службу бандитов из Дикого края, то мы и вправду слишком задержались.
Он соскочил с пони и, увидев в свете фонарей объявление, содрал его с ворот и перебросил через них. Хоббиты на мосту отступили, но ни один не подошел открыть ворота.
— Ко мне, Пипин! Вдвоем справимся. Айда!
Мерри и Пипин перелезли через ворота. Хоббиты с моста удрали. Снова заиграл рог. Из большого дома с правой стороны вышла крупная фигура, хорошо различимая на фоне освещенной двери.
— Что за шум? — заворчал вышедший. — Кто посмел ломать ворота? Уматывайте отсюда, не то хребты вам переломаю, криволапые!
И вдруг он остановился, увидев блеск мечей.
— Билл Хвощ! — сказал Мерри. — Если через десять секунд ты не откроешь ворота, горько пожалеешь. Я тебя научу слушаться вот этим железом. Отворяй ворота и убирайся сам, чтоб я тебя больше не видел, подлый бандит, убийца с большой дороги!
Хвощ пригнулся, поплелся к воротам, отодвинул засов.
— Отдай ключ! — потребовал Мерри.
Но бандит швырнул ему ключ в лицо и нырнул в темноту. Когда он пробегал мимо пони, один из них заржал и лягнул его. Хвощ взвыл и скрылся в мокрой темноте. Больше о нем никто не слышал.
— Браво, Билл, умница! — похвалил лошадку Сэм.
— С вашим огроминой, таким образом, все ясно, — сказал Мерри. — Придет время, рассчитаемся и с шефом. Сейчас нам нужно где-то поспать, а раз вы, как я вижу, развалили трактир и вместо него выстроили эти гнусные дома, придется вам пустить нас на ночь.
— Простите великодушно, господин Мерриадок, — смутился Хоб. — Это запрещено.
— Что запрещено?
— Принимать проезжающих на постой, принимать пищу, помимо отпущенной, и вообще всякое такое, — сказал Хоб.
— Что тут происходит? — спросил Мерри. — Разве в этом году был неурожай? Мне казалось, что лето было прекрасное и сбор с полей должен быть богатым.
— Год, вообще-то, был хорошим, — ответил Хоб. — Урожай мы собрали обильный; но точно неизвестно, что с ним стало. Похоже, что он почти весь достался этим сборщикам и испольщикам, которые сейчас ходят по стране: все считают, меряют и растаскивают по складам. Оттуда назад ничего не возвращается. Они больше забирают, чем дают.
— Это все так гнусно, что у меня больше сил нет слушать, — сказал Пипин, зевая. — У нас в мешках есть кое-какая еда. Дайте нам комнату, чтобы было где голову приклонить. Нам и в худших местах спать приходилось.
Хоббиты, охранявшие мост, не на шутку перепугались. Требование Пипина шло вразрез со всеми правилами, но никто не смел противоречить вооруженным путешественникам, из которых двое были, вдобавок, очень рослыми и сильными.
Фродо приказал закрыть за ними ворота. Покуда вокруг бродили разбойники, такая осторожность была, похоже, не лишней. После этого четверо друзей вошли в хоббичью казарму. Караульня там была неуютная, грязная, с голыми стенами и маленьким каминчиком, в котором даже нельзя было разжечь порядочный огонь. В верхних комнатах стояли жесткие койки, на стенах висели разные инструкции и длинный список запрещающих правил. Пипин их тут же содрал и кинул в камин.
Пива у караульных не было совсем, еды — какие-то крохи, но из провианта, который друзья вытащили из дорожных мешков, получился неплохой ужин для всех присутствующих. Нарушая запрет номер четыре, Пипин сунул в камин вязанку дров, предназначенных на завтра.
