— Тень Мордора уже покрыла дальние страны и движется на запад, — возразил Арагорн. — Вот уже и Саруман в ее власти. А это значит, что Рохан осажден. Кто знает, что увидишь ты в степях Марки, если тебе суждено будет вернуться?
— Все может случиться, но роханцы на службу Злу не перейдут! — запальчиво воскликнул Боромир. — Они не станут покупать себе жизнь ценой табунов. Роханцы считают лошадей чуть ли не за родню. И этому есть своя причина. Дело в том, что лошади Марки ведут свое происхождение от скакунов Севера, из земель, куда Тень не достигала даже в древности, и предки этих коней, как и предки самих роханцев, жили на свободной земле.
— Истинная правда, — подтвердил Гэндальф. — Так вот, среди этих благородных скакунов есть один, который словно перенесся в наш мир из тех благословенных времен или родился на самом утре мира. Кони Девятерых ни в чем не могут с ним состязаться. Он быстр, как буйный ветер, и так же неутомим. Имя его — Скадуфакс{223}. Днем шерсть его блестит, как серебро, а ночью он подобен тени, и увидеть его в сумраке невозможно. Как легки его шаги! Никто до меня не ездил на нем, но я укротил его, и он помчал меня так быстро, что я достиг Заселья не позднее, чем Фродо — Курганов, хотя выехал я из Рохана примерно тогда же, когда он — из Хоббитона.
Страх мой все рос. Чем дальше на север, тем чаще до меня доходили слухи о Всадниках — но, хотя расстояние меж нами сокращалось, я все никак не мог настичь их. Вскоре я понял, что их отряд разделился: часть осталась на восточной границе, неподалеку от Зеленого Тракта, а остальные вторглись в Заселье, объехав его с юга. Я поспешил в Хоббитон и, конечно, Фродо там уже не застал, но зато успел перекинуться словечком со стариком Гэмги. Если быть точным, слов мы потратили много, но узнать я почти ничего не смог. Старик был не в духе и без конца ругал новых хозяев Котомки.
«Перемены не по мне, — повторял он. — В мои годы — увольте! Особенно если эти перемены к худшему. — И приговаривал: — К худшему, да, да, к худшему!» — «К худшему? — переспросил я. — Нет уж! Надеюсь, на твоем веку это худшее еще не настанет!»
Из разговора я вынес одно: Фродо уехал из Хоббитона всего с неделю назад, но тем же вечером на Холм наведался черный человек на коне. В страхе я поскакал по следу Фродо. В Бэкланде царил переполох. Гора кипела, как муравейник, куда сунули палку. Дом в Крикковой Лощинке был взломан и пуст, на пороге валялся плащ. Я узнал его: это был плащ Фродо. В отчаянии я не стал расспрашивать местных жителей, а сразу помчался по следу Всадников. Держаться его было трудно: следы шли в разных направлениях, и поначалу я растерялся. Но один или двое Всадников, как мне показалось, направились в Бри, и я поскакал туда, чтобы заодно потолковать по душам с растяпой корчмарем.
«Его зовут Подсолнух, — думал я по дороге. — Если Фродо задержался по его вине, пусть готовится: я выжму из него добрую бочку подсолнечного масла, а жмых поджарю на медленном огне!»
Он меньшего и не ждал. Увидев меня, бедолага рухнул наземь и затрясся так, словно я уже разводил под ним огонь.
— Что ты с ним сделал? — встревожился Фродо. — Он был с нами очень добр и так помог нам!
Гэндальф рассмеялся.
— Не бойся! — успокоил он Фродо. — Я его не укусил и даже почти не облаял. Когда он смог пролепетать первые несколько слов, я был так рад тому, что услышал, что тут же расцеловал его в обе щеки. Оказалось, ты ночевал в Бри и утром вышел в путь вместе с Бродягой, хотя я никак не мог взять в толк, как тебе удалось дойти до Бри живым и невредимым.
— Так значит, с Бродягой! — заорал я вне себя от радости.
— Да, господин Гэндальф, боюсь, что так, — промямлил Подсолнух, который понял меня наоборот. — Он к ним так приставал, что у меня прямо руки опустились. Ну, они его и взяли с собой. Они, надо сказать, тоже странно себя вели: что хотели, то и делали, не слушали никого…
— Ах ты осел! Ах ты дурень! Дражайший мой и возлюбленный господин Пивовар! — расхохотался я. — Да это лучшее, что я слышал с самого Преполовения! За такие новости платят золотом! Я заколдую твое пиво на семь лет вперед и оно превзойдет все, что ты когда-либо пробовал! А сам пойду и высплюсь — уж не помню, когда мне в последний-то раз удавалось это сделать!
Так я и поступил — остался в корчме на ночь, размышляя, куда подевались Всадники? В Бри побывали только один или два. А остальные?..{224} Ночью, однако, эта загадка разрешилась. Пятеро, а может, и больше Черных Всадников ворвались в Бри с запада, опрокинули ворота и ураганом промчались по улицам. Брийцы до сих пор трясутся и ждут конца света. Ну а я поднялся до зари и бросился в погоню.
