— Вот она, Морийская Стена, — молвил Гэндальф, показывая на противоположный берег. — Когда-то там была дверь — иначе говоря, Эльфийские Ворота, которыми заканчивалась дорога из Остролистии. Этой дорогой мы сюда и пришли. Но путь закрыт. Никто из вас, смею полагать, не рвется вплавь — особенно сейчас, когда день уже на исходе… Да, мрачновато здесь! И вода, похоже, не очень-то чистая…
— Попробуем обойти озеро по северной стороне, — предложил Гимли. — А первым делом взберемся наверх по тропе и посмотрим, куда она нас выведет. Даже если бы озера не было, мы все равно не смогли бы подняться сюда вместе с пони.
— Бедной скотинке в любом случае не место в Мории, — покачал головой Гэндальф. — Под горами для него чересчур темно. Кроме того, кое-где он просто не сможет протиснуться!
— Бедный старина Билл! — ахнул Фродо. — Я об этом и не подумал. Вот не повезло Сэму! Что-то он скажет?
— Весьма сожалею, — развел руками Гэндальф. — Несчастный Билл очень помог нам в дороге… У меня тоже болит сердце, когда я думаю, что мы бросим его одного, на произвол судьбы. Лучше было бы взять меньше вещей и обойтись вовсе без пони или хотя бы выбрать какое-нибудь другое животное, не Сэмова любимца! Была б моя воля, я бы так и сделал. С самого начала я опасался, что нам придется пойти этой дорогой.
День близился к концу, высоко над золотом заката в небе загорались первые холодные звезды. По кружной дороге путники как могли быстро добрались до вершины и вышли к берегу озера. В самой широкой части оно разливалось не шире, чем на версту. Как далеко оно тянулось на юг, в сумерках было не разглядеть, но до ближнего края было рукой подать. Вдоль скал тянулась узенькая полоска суши. Они поспешили туда — до Ворот, по словам Гэндальфа, оставалось еще около трех верст, а ведь предстояло, кроме всего прочего, еще и найти эти самые Ворота!
У северного берега дорогу Отряду вскоре преградила узкая затока. Зеленая и зловонная, она тянулась к замыкающим долину скалам, как скользкая рука. Гимли шагнул вперед; остановить его никто не успел. Затока оказалась мелкой, едва по щиколотку — по крайней мере у берега. За гномом по одному, опасливо ступая по склизким, тинистым камням, скрытым под цветущей водой, двинулись и все остальные, каждую минуту рискуя оступиться и плюхнуться в зеленую жижу. Фродо передернуло от отвращения, когда темная, гнилая вода коснулась его голой ступни.
Наконец Сэм, шедший последним, вывел пони на сухую землю. И вдруг послышался мягкий урчащий звук и сразу же — бульканье, будто из воды выпрыгнула рыба. Быстро обернувшись, они увидели, что поверхность воды пошла блестяще-черной рябью и по озеру расходятся большие круги. Раздался клокочущий звук, и все стихло. Сумерки сомкнулись плотнее, и последний проблеск заката исчез в надвинувшейся туче.
Гэндальф шел быстрым шагом и торопил остальных, поспевавших за ним кто как мог. Меж озером и утесами тянулась полоска сухой земли. Местами не шире семи саженей, она была сплошь загромождена камнями и обломками скал, но Отряд упорно пробирался между ними, держась утеса, — к темной воде на всякий случай старались не подходить. Пройдя примерно полторы версты, путники увидели впереди деревья. Видимо, в прошлом тут росла целая роща остролистов — а может, это была придорожная аллея; во всяком случае, из воды торчало несколько полусгнивших пней и мертвых веток. Уцелело только два дерева: это были остролисты, огромные и все еще зеленые, — таких Фродо никогда не видел, да и представить бы себе не мог. Они росли у самой скалы, но мощные корни пили воду из озера. С вершины Скалы-Каскада деревья-великаны казались Фродо небольшими кустиками, скромно приютившимися у подножия нависающих над озером утесов; теперь исполинские остролисты высились у путников над головами, как две величественные башни, — темные, неподвижно застывшие, молчаливые стражи, встречающие у порога званых и незваных гостей.
— Ну вот, мы и у цели! — воскликнул Гэндальф. — Эльфийская дорога кончилась. Остролист был символом здешних мест, поэтому эльфы посадили у Ворот именно остролисты: всякому должно было быть ясно — дальше владения эльфов не простираются. Западные Ворота Мории служили торговым связям эльфов и морийских владык. Это был золотой век народов Средьземелья: они жили в таком мире и согласии, как никогда больше. Даже гномы и эльфы слыли друзьями.
— Гномов винить не в чем, — бросил Гимли.
— А эльфов, сколько я слышал, тем более, — поднял брови Леголас.
