– Понятия не имею, — ответил Фродо, встревожившись. Про Мерри они позабыли начисто, а час был уже поздний. — Боюсь, он на улице. Он, кажется, собирался выйти подышать.
– Да за вами глаз да глаз нужен! — рассердился Подсолнух. — Вы как на прогулку отправились, честное слово! Пойду задвину засовы и велю, чтобы, кроме вашего приятеля, никого в дом не пускали. Или нет: пошлю Ноба на розыски. Ну, доброй ночи вам всем!
Наконец господин Подсолнух вышел, бросив на Бродягу еще один косой взгляд и с сомнением покачав головой. Послышался звук удаляющихся шагов, и все стихло.
– Ну как? — спросил Бродяга. — Когда ты собираешься распечатать конверт?
Фродо придирчиво осмотрел печать и сломал ее. Все говорило за то, что письмо действительно от Гэндальфа. На листке размашистым, но изящным почерком волшебника было выведено:
«ПЛЯШУЩИЙ ПОНИ», БРИ.
Преполовение, г. 1418 (З. Л.)
Фродо молча прочел письмо и передал Пиппину с Сэмом.
– Да, устроил старина Подсолнух заварушку, нечего сказать! — сказал он, когда те закончили чтение. — Поджарить его и правда не мешало бы. Получи я это письмо сразу, мы сейчас преспокойненько сидели бы в Ривенделле. Но что могло статься с Гэндальфом? Почитать письмо, так он чуть ли не жизнью рискует!
– Он уже много лет как постоянно рискует жизнью, — сказал Бродяга.
Фродо повернулся и поглядел на него в задумчивости, размышляя, что бы мог значить второй постскриптум Гэндальфа?
– Отчего ты сразу не сказался другом Гэндальфа? — спросил он. — Мы потратили бы куда меньше времени.
– Право? По–моему, до сих пор вы не очень–то верили моим словам! Кстати, я о письме не знал. Вам пришлось бы поверить мне на слово — иначе я не смог бы ничем помочь. Впрочем, я не собирался открываться с первой минуты. Сначала я должен был посмотреть на тебя, Фродо, и увериться, что ты — не подсадная утка. Враг уже не раз ставил мне подобные капканы. Когда я уяснил все, что хотел, я решил, что, так и быть, отвечу на все твои вопросы. Должен признаться, — добавил он, странно усмехнувшись, — должен признаться, я рассчитывал, что вы мне поверите. Бесприютный странник иногда устает от недоверия и подозрительности и тоскует по дружбе. Правда, моя внешность вряд ли располагает к откровенности…
