Властелин колец полностью

Халдир ушел вперед; он уже взбирался на флет. Фродо хотел последовать за ним, случайно коснулся ствола рядом с лестницей — и подивился: никогда еще он так не чувствовал дерева, не замечал, как шершава и упруга кора, не ощущал, что в глубине ствола таится жизнь. Прикосновение показалось ему удивительно приятным — но он любовался деревом совсем не как лесничий и уж конечно не как плотник: это была радость от общения с мыслящим, живым, чувствующим существом — таким же, как и он сам.

Когда Фродо взобрался на обширный настил, Халдир взял его за руку и повернул лицом к югу.

– Взгляни сперва туда! — предложил он.

Фродо посмотрел — и увидел в отдалении еще один холм, а может, и не холм, а могучую рощу невиданно высоких деревьев, целый город, состоящий только из зеленых башен; но что это было на самом деле, холм или роща, хоббит сказать не мог. От этого холма — или рощи — исходил почти неразличимый для глаза свет и какая–то невидимая сила — та самая, что властвовала над всем Лориэном. Фродо внезапно понял, что ему хочется превратиться в птицу и полететь в этот зеленый город, обещавший сердцу мир и покой. Он перевел глаза на восток и увидел лориэнские леса, а за ними — светло блестящую ленту Андуина. Но за рекой свет мерк; там лежали обычные, знакомые земли — плоская пустынная равнина, подернутая туманом, бесформенные холмы и пугающая черная стена вдали. Казалось, солнце, светившее над Лотлориэном, не имело власти рассеять тьму, скопившуюся за мрачным всхолмьем.

– Это форпосты южного Чернолесья, — заметив, куда он смотрит, сказал Халдир. — Холмы, покрытые черным ельником. Деревья там душат одно другое, и ветви у них постепенно гниют и отсыхают. В глубине этих ельников, на скале, возвышается Дол Гулдур. Одно время там скрывался Враг, и его долго никто не мог опознать. Мы боимся, что сейчас крепость вновь стала обитаемой. Мощь ее возросла семикратно. В последнее время над ней часто висит низкая черная туча. Отсюда, сверху, хорошо видно противоборство двух сил. Невидимая брань ведется уже и теперь, но свет проникает в сердце тьмы, а тайна света Врагу не ведома — пока не ведома. — Он повернулся и быстро спустился вниз; Фродо и Сэм последовали за ним.

У подножья холма Фродо увидел Арагорна; тот стоял молча и неподвижно, словно сам превратился в дерево. В руке он держал маленький золотистый эланор. Глаза Бродяги светились. Казалось, он погрузился в какое–то светлое воспоминание; Фродо посмотрел на него и понял, что тот заново переживает событие, случившееся здесь раньше, в давние годы, и навеки удержанное вечно длящейся памятью Лориэна. Арагорн и сам, казалось, перенесся в то мгновение. Суровых лет, оставивших на его лице неизгладимый отпечаток, как не бывало: он вновь был юн, высок и светел ликом. Внезапно Фродо почудилось, что он облачен в белое. «Сын короля», — подумалось Фродо. И вдруг с уст Арагорна слетели слова на эльфийском языке — но того, с кем он говорил, Фродо не видел.

– Арвен ванимелда, намариэ![276] — произнес Арагорн, вздохнул и, очнувшись от забытья, с улыбкой посмотрел на Фродо. — Мы — в сокровенном святилище эльфийских владений, — молвил он. — Здесь когда–то осталось мое сердце, и здесь оно пребудет, если в конце темных дорог, на которые мы с тобой ступили, не воссияет свет. Идем!

Взяв хоббита за руку, он вместе с ним пошел прочь от холма Керин Амрот — чтобы в этой жизни больше уже сюда не вернуться.

Солнце уходило за горный кряж; в лесах сгущались тени. Отряд продолжал путь. Вокруг плотной стеной сомкнулись сумерки: там, в чаще леса, день уже кончился. Из–за стволов на тропу выступила ночь, и эльфы зажгли свои серебряные светильники.

Вдруг впереди открылась новая поляна, и над головой раскинулось бледное вечернее небо, проколотое ранними звездами. Широкая полоса травы, на которой не росло ни единого деревца, полумесяцем охватывала глубокий ров, погруженный в мягкую вечернюю тень; но край рва еще зеленел, словно отсвечивая памятью о только что скрывшемся солнце. На дальней стороне поднималась огромная зеленая стена, окружавшая высокий зеленый холм, а на холме высились маллорны — таких великанов путешественники еще не видели даже здесь, в Лориэне. В сумерках они высились над зеленой стеной, как живые башни. На ярусах ветвей, среди непрестанно трепещущих листьев, мерцали бесчисленные огоньки — зеленые, золотые, серебряные. Халдир повернулся к Отряду.

– Добро пожаловать в Карас Галадон![277] — провозгласил он. — Перед вами — город Галадримов! Здесь живут Владыка Кэлеборн и Галадриэль[278], Владычица Лориэна. Но с этой стороны входа нет. Придется обогнуть стену, а это путь неблизкий, поскольку город велик.