–
– Орки! — закричал Гимли.
– Это нам Голлум подстроил, вот ей–же–ей, — успел шепнуть Сэм на ухо Фродо. — Главное, место удобное! А Река, похоже, задалась целью доставить нас прямехонько к ним в лапы!
Они гребли изо всех сил. Помогал даже Сэм. Каждый ежесекундно ожидал укуса черноперой стрелы; но, хотя стрелы то и дело свистели над головой и сыпались в воду у борта, попаданий больше не было. Ночь выдалась темная, но оркам с их кошачьим зрением темнота была нипочем, и в звездном свете члены Отряда были бы для своих врагов прекрасной мишенью, если бы не серые плащи Лориэна и серая обшивка лориэнских лодок. Эльфийское искусство превозмогло злобу мордорских лучников.
Медленно, гребок за гребком, лодки продвигались назад. В темноте трудно было поручиться, что они не стоят на месте; но вот течение ослабло, и тень восточного берега растворилась в ночи. Сколько можно было судить, лодки вновь оказались на середине реки, и вскоре оскаленные камни переката отдалились на безопасное расстояние. Тогда, повернув поперек течения, гребцы вложили в весла всю силу своих мускулов, чтобы поскорее оказаться на западном берегу. Там, в тени нависавших над водой кустов, они смогли наконец остановиться и перевести дух.
Леголас положил весло, взял лук, подаренный ему в Лориэне, и, выпрыгнув на берег, поднялся по камням чуть повыше. Там он не торопясь наладил стрелу и повернулся, вглядываясь в темноту за Рекой. С того берега доносились вопли, но разглядеть что–либо было невозможно.
Фродо поднял голову, глядя на высокую фигуру эльфа; тот все еще смотрел за реку, надеясь наметить себе цель. Темный силуэт головы Леголаса нимбом окружали пронзительно–яркие белые звезды, сверкавшие в черных небесных лагунах за его спиной. С юга, вырастая на глазах, приближались огромные облака, высылая перед собой на звездные поля темных гонцов. Внезапно всех охватил ужас.
–
Запел большой лориэнский лук; с эльфийской тетивы со свистом сорвалась стрела. Фродо глянул вверх. Крылатая тень, уже было нависшая над лодкой, метнулась прочь. Раздался хриплый каркающий крик; падая, тень пронеслась к восточному берегу и скрылась из виду. Небо вновь очистилось. Вдали поднялся многоголосый гам, проклятия и стоны — и вдруг все стихло. Больше этой ночью оттуда не доносилось ни свиста стрел, ни гомона голосов.
Выждав, Арагорн снова повел лодки вверх по течению. Они продвигались вдоль самого берега, пока на пути не встретился небольшой залив. У воды теснилось несколько деревьев; за ними круто поднимался каменный берег. Здесь решили дожидаться зари, так как идти в темноте было бесполезно. Лагеря разбивать не стали, не стали и разводить костров; спать легли в лодках, тесно прижавшись друг к другу.
– Хвала луку Галадриэли, твердой руке Леголаса и его зоркому глазу! — воскликнул Гимли, жуя кусок
– Вы поняли, в кого я стрелял? — спросил Леголас.
– Я — нет, — ответил Гимли. — Но я рад, что оно не долетело до нас. Очень уж было не по себе. Честно сказать, мне вспомнилась та, морийская Тень. Тень Балрога, — закончил он шепотом.
– Это был не Балрог, — покачал головой Фродо, дрожа от холода, — он до сих пор не мог согреться. — Это было что–то холодное. Я думаю… — Но тут он осекся и замолчал.
– Что ты думаешь? — подхватил Боромир, перегибаясь через борт лодки и заглядывая в лицо Фродо, словно пытаясь угадать, что у того на уме.
– Мне кажется… Нет, я, пожалуй, не стану ничего говорить. Но что бы это ни было, враги, похоже, сильно на него рассчитывали.
– Похоже, что так, — подал голос Арагорн. — Но где они теперь, сколько их и что они еще предпримут, мы не знаем. Этой ночью нам спать нельзя! Сейчас нас прикрывает тьма. Но что будет утром? Как знать! Держите на всякий случай оружие поближе!
Сэм сидел, барабаня пальцами по рукояти меча, словно что–то отсчитывая, и поглядывал на небо.
