– Неплохо! — сказал он. — Если они боятся жалкой пятерки путников, это не самые страшные враги из тех, кого нам приходилось встречать по дороге! Пока мы здесь, можешь спать спокойно!
– А долго ли это «спокойно» продлится? — осторожно осведомился Подсолнух. — Не стану отпираться: буду рад, если вы поживете подольше. Понимаете, мы к таким делам непривычны, а Следопыты, говорят, ушли отсюда. Похоже, мы раньше просто не понимали, что они для нас делают, а как жареный петух клюнул, так поневоле поняли. Да что разбойники — тут и похуже всякая всячина есть. Зимой, например, под изгородью волки выли, а в лесу все чаще попадаются какие–то жуткие твари, такие жуткие, что при одной мысли о них прямо холодеешь. Ох! Лишились мы покоя, право слово, совсем лишились, если вы меня понимаете!
– Могу себе представить, — кивнул Гэндальф. — Но знай, что ни у кого в последнее время не было спокойной жизни, дружище, ни в одной стране, уж ты поверь. И все же выше нос! Тебе угрожали очень большие беды и неприятности, куда бóльшие, чем теперь, и я рад, что они на тебя не свалились. Грядут лучшие времена. Тебе в такие жить еще не доводилось! Следопыты уже вернулись. Вернулись и мы. А кроме того — в Средьземелье опять есть Король, дорогой мой Подсолнух! Скоро он вспомнит и о вас. Тогда вновь откроется Зеленый Тракт и на север поскачут королевские гонцы. Торговые пути наладятся, а злобные и страшные существа покинут ваши пустоши и больше не появятся. Да и самих пустошей не будет: их возделают, на них поселятся люди…
Подсолнух покачал головой.
– Конечно, если на дорогах поприбавится честного люду, это никому не повредит, — сказал он с сомнением, — но шушеры всякой да ворья — увольте, хватит! Да и чужаков нам не надо, ни в самом Бри, ни в Округе. Мы хотим одного — чтобы нас не трогали! Мне, например, вовсе не улыбается, чтобы сюда нагрянула толпа каких–то проходимцев, да еще с намерением обосноваться тут и вспахать пустоши!
– Вас никто не потеснит, — возразил Гэндальф. — От Исены до Хойры и на морских побережьях к югу от Брендивина столько места, что там может поместиться несколько больших королевств, а ведь оттуда до Бри много дней пути. Ты, наверное, забыл, что в свое время на севере, верстах в полутораста отсюда или даже больше, на том конце Зеленого Тракта, жило множество людей. Я говорю о Северном Нагорье и озере Эвендим.
– Это где Город Мертвых? — с еще бóльшим сомнением в голосе переспросил Подсолнух. — Да там же привидения водятся! Кроме разбойников, туда никто и близко не подходит…
– А Следопыты? — возразил Гэндальф. — Ты говоришь — Город Мертвых? Твоя правда — так его называют уже много лет. Но настоящее его имя — Форност Эраин, Норбери, Северный Город Королей. И Король однажды туда вернется. Сколько высокородных путешественников потянется на север через Бри! Не упусти случая!
– Ну что ж, может быть, это будет не так уж и плохо, — уступил Подсолнух. — Тогда я уж точно буду не в убытке — если только этот самый Король даст нам жить, как мы жили раньше…
– Не волнуйся, — заверил Гэндальф. — Он знает и любит Бри.
– Да ну? — оторопел Подсолнух. — С чего бы это ему знать Бри? Он ведь сидит у себя на троне в каменном замке за сотни верст отсюда! Не удивлюсь, если мне скажут, что кубок, из которого он пьет вино, весь из чистого золота… Какое ему дело до «Пони» и моих пивных кружек? Правда, пиво у меня, конечно, редкостное, с этим никто не будет спорить! А с осени прошлого года, с тех пор как ты заглянул ко мне в последний раз и наложил на него доброе заклятие, оно и вовсе сделалось необыкновенным. Только это меня и утешало посреди всех тревог…
– Между прочим, Король говорит, что пиво у тебя и раньше было что надо, — невинно заметил Сэм.
– Король?! Про мое пиво?
– Ну да! Это же Бродяга–Шире–Шаг, вожак Следопытов! Долго же до тебя доходит!
Похоже было, что на этот раз до Подсолнуха «дошло». На лице его отразились по очереди все возможные оттенки изумления: глаза округлились, рот широко открылся…
– Бродяга?! — воскликнул он наконец, когда снова обрел дар речи. — В короне и с золотым кубком?! Что же дальше–то будет?!
– Дальше настанут хорошие времена — во всяком случае, для Бри, — пообещал Гэндальф.
– Надеюсь, от души надеюсь! Да, славно мы с вами поболтали! За этот месяц, который, кажется, весь был из одних понедельников, я еще ни разу так душу не отводил! Признаться, сегодня впервые за долгое время я засну спокойно, с легким сердцем. Мне есть о чем подумать, но я, пожалуй, отложу все раздумья до утра! Самое время отправиться на боковую! По–моему, и вы тоже не прочь вздремнуть. Эй, Ноб! — крикнул он, приоткрыв дверь. — Ноб, копуша ты этакая! — И вдруг с размаху ударил себя по лбу. — Постойте–ка!.. Нет, опять ускользнуло…
– Еще одно письмо, господин Подсолнух? — осведомился Мерри.
