— Хорошо, — склонил голову в коротком поклоне менеджер турфирмы. — Мы забронировали места в «Аль-Бабилон», это в центре города. Если кто-то хочет, можно будет погулять по городу. У нас очень безопасно. Преступности нет.
Дорога в отель заняла почти час. Автобус подолгу стоял в пробках, в которых водители постоянно сигналили друг другу, а поскольку кондиционер не работал, пассажиры вдоволь надышались воздухом, настоянным на отработанных газах из выхлопных труб автомобилей.
Окраины сирийской столицы из окон автобуса на первый взгляд тоже не впечатлили паломников — очень много похожих пяти — и шестиэтажных домов, не отличавшихся архитектурным разнообразием. Серый бетон, серый асфальт, рыжие камни. Но в центре, в Старом городе, ситуация была совершенно другой. Здесь сохранилось немало весьма древних построек, стоявших здесь еще со времен Римской империи.
Отель, несмотря на то что находился в Старом городе, а может быть, именно поэтому не отличался особым комфортом. Маленькие комнатки, в которых имелось по две кровати, а вот вода и прочие удобства — в конце коридора.
Туристическая фирма, надо отдать ей должное, позаботилась и о легком ужине для паломников, который ожидал их в ближайшем кафе, или, скорее, забегаловке невысокого пошиба. Она порадовала, пожалуй, лишь «фрешем» — свежевыжатым апельсиновым соком, в стакан которого кладут еще кусочки ананасов и бананов.
Понеся непредвиденные расходы, сирийцы явно сэкономили на автобусе, поданном утром к гостинице. Видавший виды «Мерседес», который был произведен не позже 70-х годов прошлого века, производил не очень хорошее впечатление и явно был не из «гаража-пульмана» — так в Сирии называют автовокзалы высшего класса в отличие от просто «гаражей».
Тем не менее кондиционер в этом автобусе был все-таки в порядке, а с потертыми сиденьями, исцарапанными боками и не откидывающимися назад креслами можно было смириться. Снаружи машина была богато раскрашена орнаментом и каллиграфически исписана краткими цитатами из Корана, в основном на тему могущества Аллаха.
Убедившись, что все паломники вошли в автобус и ничего из своих вещей не оставили в «Аль-Бабилоне», Галиакбар-хаджи велел трогаться.
Водитель, мужчина лет пятидесяти с пышными усами, в которых была перемешана «соль с перцем» — седые волосы с черными, — согласно кивнул головой, и автобус начал свое движение к вожделенной для каждого мусульманина цели — Мекке.
Ночь, проведенная в незнакомом месте, была для многих паломников бессонной, потому ничего удивительного не было в том, что почти все пассажиры автобуса к третьему часу пути задремали или бодрствовали в полудреме. Поэтому визг тормозов и резкое торможение, которое бросило их вперед, на спинки впереди стоящих кресел, застало врасплох.
Галиакбар-хаджи, который, как руководитель группы, сидел недалеко от водителя и не спал, быстро обернулся к салону и сказал в микрофон:
— Спокойно. Это полиция. Наверное, превысили скорость.
На пустынном шоссе стоял темно-синий джип с белой надписью на борту арабской вязью, продублированной по-английски — Police. Молодой офицер полиции с густой черной бородой, остановивший автобус жезлом, неторопливо подошел к передней двери, которая тут же открылась с легким шипением.
— Куда едешь? — спросил он водителя, не утруждая себя приветствием.
Водитель, удивленно подняв густые брови, тем не менее ответил:
— В Саудовскую Аравию. В Мекку. Хадж.
Бородатый офицер выслушал ответ водителя, глядя не на него, а в салон.
— Кого везешь?
— Паломники. Я же сказал — хадж.
— Откуда?
— Кажется, русские. Из России.
— Русские совершают хадж? Насмешил.
Офицер поскреб указательным пальцем свою волосатую грудь, которая виднелась из расстегнутой у воротника рубашки.
— Мы мусульмане, — с достоинством сказал офицеру Галиакбар-хаджи, вмешиваясь в разговор. — И мы из России.
Полицейский посмотрел на него пристально, но никак не отреагировал на эти слова.
— Всем выйти из автобуса! Проверка документов и багажа, — распорядился он, постукивая жезлом по ладони.
Галиакбар-хаджи перевел приказ полицейского. Паломники взволнованно заговорили между собой, но тем не менее послушно потянулись к выходу.
— Открой багажный отсек, — велел бородатый водителю.
Тот обернулся и сказал своему сменщику, который сидел сзади и был как минимум в два раза моложе:
— Открой, Мусса.
Сменщик легко подхватился и выскочил из автобуса.
— И ты выходи, — сказал напоследок полицейский водителю и покинул, наконец, автобус.
— Кто старший? — спросил полицейский, подойдя к возбужденным и взволнованным паломникам.
— Я старший, господин офицер, — ответил бородатому Галиакбар-хаджи.
— Соберите все паспорта.
Из джипа тем временем вылезли три вооруженных автоматами человека, но только один из них был в полицейской форме. Это насторожило руководителя казанцев, но он успокоил себя предположением, что сотрудники правоохранительных органов не всегда считают нужным облачаться в мундиры, и выполнил приказ, собрав документы у паломников.
Бородатый принял из рук Галиакбара-хаджи высокую стопку темно-синих паспортов и передал его одному из автоматчиков:
