Надо бежать на восток, как можно дальше. Там, куда не ступала нога человека, он избавится от этого могущественного талисмана. Избавится, чтобы изгнанные в Иномирье души древних чудовищ не получили доступа на землю. Каспару безумно хотелось, чтобы они перестали денно и нощно маячить в глубине его сознания, хотелось заглушить пронзительные вопли и рыканья, что переливались через пропасть между мирами, разбивая заслоны между жизнью и смертью.
Он со всех ног мчался вверх по винтовой лестнице, волоча за собой Май. Девушка тяжело дышала, ее ладошка в его руке стала совсем горячей, легкие ноги звонко шлепали по камню. Довольно скоро торра-альтанец различил сзади звук чьих-то шагов и, обернувшись, увидел, что по пятам за ними мчится Урсула.
– Возвращайся! – велел он, остановившись и разворачиваясь к ней.
Заодно и Май получила лишнюю секунду передышки. А вот Урсула почти не запыхалась. Она вызывающе уставилась на юношу, темные глаза во мраке казались еще чернее. Он окинул ее быстрым взглядом: коротко стриженные волосы цвета воронова крыла, решительный подбородок, звериные шкуры едва прикрывают гибкое загорелое тело, на левом предплечье – три загадочные татуировки. Глаза девушки свидетельствовали о трудной жизни. Ну ладно, он хотя бы спас ее от Мамлюка.
– Я же велел тебе оставаться с Рейной.
– Велел! Куда ты идешь?
Урсула вцепилась в Каспара. Он оторвал от себя ее пальцы.
– На восток, к великому океану, о котором ты мне рассказывала. Я должен плыть за море.
– Но ты никогда не вернешься! – Рабыня пришла в ужас. – Вспомни, я же провела детство на восточном побережье Ориаксии, омываемом великим и неизведанным океаном Тетис. Ни один корабль, отплывший на восток, не вернулся. Оттуда нет пути назад! Над Тетисом ветер дует лишь в одну сторону. Не покидай меня!
– Возвращайся к Рейне. Там тебя ждет жизнь! – снова приказал Каспар.
Девушка улыбнулась и покачала головой.
– Господин, я не оставлю тебя.
Каспару было некогда спорить. В переходах царила тьма, звуки шагов гулко разносились меж осклизлых стен. Похоже, фундамент дворца был положен не слишком уж основательно, так что вода из каналов просачивалась сквозь кладку и струйками стекала на пол.
– Великая Мать все вернет себе, – с глубокой убежденностью в голосе заявил Перрен, шагая к ветхой двери. – Что бы существа с поверхности ни сделали с ней, она снова заберет все свое.
Массивный, почти квадратный горовик, ростом не выше человека, но по меньшей мере вдвое шире, чуть согнулся в талии и уперся плечом в дверь. Источенные сыростью доски легко слетели с проржавевших болтов и петель. Перрен ударом кулака отшвырнул дверь, и при свете чадящего факела взору беглецов предстала комната с низким потолком, сплошь уставленная огромными бочками. Полукруглая арка на другой стороне погреба выводила на лестницу. На ступеньках играли блики яркого солнечного света.
Юноша уже собирался бежать туда, как вдруг отпрыгнул, задвигая Май себе за спину. Пол под ногами пошел буграми, каменные плитки начали расходиться в стороны. Руна, молодая белая волчица, издала низкое рычание, от которого застыла кровь в жилах. Трог ощерился и рычал из-за ноги хозяина. Тяжело дыша, обе девушки стояли за спиной у Каспара, в ужасе взирая на происходящее. Только теперь Каспар понял, как ошибался. Будучи стражем Некронда, он представлял собой опасность для всех своих спутников – опасность для Май, которую так горячо любил. Он должен идти один.
– Трог, останься! Охраняй Май! Возвращайтесь к Рейне, все возвращайтесь к Рейне, – выкрикнул он и бросился вперед.
Земля ходила ходуном у него под ногами. В ушах звенели отчаянные вопли Урсулы:
– Нет, господин! Нет!
Огромная винная бочка взлетела в воздух и с грохотом разбилась о вздымающийся пол, наполнив воздух густым запахом брожения. Во все стороны брызнули струи розовой жидкости. Краем глаза Каспар заметил, что сбоку от него что-то движется, но сейчас он был весь нацелен на одно – лестницу в дальнем конце низкого погреба. Внезапно нога у него подогнулась и Каспар упал на руку, невольно заглянув при этом в растущую трещину на полу. Из тьмы на него таращился чей-то глаз, крючковатая лапа потянулась схватить беглеца. Юноша не знал, что это, – но не собирался выяснять.
Поднявшись на колени, он кое-как снова вскочил на ноги и побежал. Кругом грохотали и скрежетали разъезжающиеся камни. Сквозь этот гром прорезались крики девушек.
– Нет, господин, нет! Воротись! – визжала Урсула.
– Не покидай меня! Останься!
Потерянный, одинокий крик Май заставил Каспара на миг оглянуться через плечо. К его изумлению, Трог все же послушался приказа и яростным комком стоял рядом с ней, щерясь и рыча на существ под полом. А вот поведение Руны юношу ничуть не удивило – белая волчица всегда была преданна Май. Вот и сейчас она вытянулась в струнку с другой стороны от девушки, готовая прыгнуть на первого же нападающего.