Каспар первым услышал это: низкий рокот, от которого двери манора задрожали. Юноша мгновенно понял, что означает этот шум, и, оставив отца, бросился к манору. Керидвэн, ведомая инстинктом, кинулась за ним.
Каспар ворвался в комнату, где оставил Изольду. Похоже, Придди задремала, потому что когда они вбежали туда, она как раз вставала с постели. Малышка сидела, восторженно пища.
– Спар, ты идиот! – ядовито прошипела Брид, вбегая следом за Керидвэн. – Как ты мог дать его ей?
Лицо Керидвэн стало белым как полотно. У Каспара застыла кровь в жилах. Он не отводил глаз с Изольды, как будто только его взгляд и мог сдержать ее. Каким-то непостижимым образом крошка ухитрилась расстегнуть застежку серебряного ларчика и теперь сжимала пухлыми ручонками Яйцо. Комнату наполнил резкий звериный запах.
Трог зарычал и ощетинился. Изольда весело показывала на огромную морду льва, что сидела на теле коня с огромными алыми крыльями. Малышка ворковала и смеялась.
– Положи-ка эту штуку, – ровным голосом произнес Каспар. – Вот хорошая девочка.
Изольда вновь завопила и, подняв Некронд над головой, восторженно хохотала, глядя, как приемный отец осторожными шажками подбирается к ней, протянув руки к Яйцу.
– Изольда, радость моя, – льстиво упрашивал он, – дай-ка его мне.
Время словно застыло. Каждая секунда казалась вечностью. Изольда, заливаясь смехом, размахивала Некрондом. Каспар шагнул ближе, и она со всего маху швырнула Яйцо в угол, к остальным игрушкам. Малышка радостно захлопала в ладоши. Комнату прорезал зловещий треск. В воцарившемся за треском молчании Каспар одним прыжком подскочил к Яйцу и поглядел на него. Некронд упал на костяную пластинку с руной волка, что когда-то дала ему Морригвэн, и раскололся по черному шраму, что уродовал мраморную поверхность.
Поля за окном потемнели. Небо поглотили низкие клубящиеся тучи. Каспар ошарашенно застыл на месте. Не в силах прийти в себя от непоправимости произошедшего, он все таращился на Яйцо, гадая, как же такая толстая скорлупа могла так легко разбиться. Но ведь оно угодило на руну волка. Магия рун…
Не успела рука юноши коснуться Яйца, как из трещины мимо него пронеслась смутная тень дракона. За ней вторая, третья, все быстрее и быстрее, и вот уже оттуда лился сплошной поток. Комнату наполнил бешеный вихрь, Каспара отшвырнуло на пол. Единственная мысль его была – защитить Изольду. Он подполз к малышке, загораживая ее своим телом. Все кругом ломалось и летело. Тарелки и стаканы разбивались на крохотные осколки, что носились вместе с пылью в неистовом смерче. Панически кричали люди, воздух дрожал от первобытного рева тысяч самых разных чудовищ.
Кашляя и пытаясь продышаться от забившей легкие пыли, юноша зажал уши Изольде, оберегая ее от оглушительного шума. Он сам не знал, сколько же продолжалась вся эта свистопляска, но наконец жуткий, сводящий с ума рев, от которого дрожали стены, начал слабеть и превратился в далекое монотонное гудение.
Поднявшись, Каспар с ужасом оглядел опустошенную комнату. Шум затих, лишь слабо позвякивали осколки стекла. Пол был покрыт ровным слоем обломков. Окна вышибло, а в открытую дверь Каспар увидал, что противоположная стена манора превратилась в развалины.
Возле камина парадного зала лежали мертвые кентавр и единорог. Рядом стоял Кеовульф с мечом наготове. С клинка капала кровь. Бранвульф тяжело привалился на стол. Он тоже обнажил оружие, но крови на мече не было. Барон лихорадочно искал глазами жену. На счастье, когда происходило все это смертоубийство, ей удалось укрыться в нише вместе с Брид и Придди, так что никто из них не пострадал.
Навстречу Каспару из расщелины в стене выскочила Урсула. Она выглядела, точно из другого мира. Освобожденные Некрондом твари пронеслись над лагерем, оставив за собой опрокинутые шатры и затоптанные тела. Небо почернело от крылатых чудищ, что разлетались в поисках своего места в мире, – они катились во все стороны, точно рябь на глади пруда.
– Существа, изгнанные Первым Друидом, свободны, – потрясенно пробормотала Керидвэн. – Все до единого.
Каспар пробирался меж опрокинутой мебели, помогая подняться домочадцам Бульбака.
– Что… что мы натворили? – все еще не веря в произошедшее, пробормотал он. – Они повсюду. Древние чудища вновь рыщут по земле.
Внезапно Керидвэн расхохоталась.
– Разве ты не понимаешь? Разве не видишь сам? Этому было суждено случиться. Она сделала это инстинктивно. Ведь они имеют право на свободу, право стать частью цикла. Они – такая же частица Великой Матери, как ты или я.
– Женщина, ты что, спятила? – зарычал на жену Бранвульф. – Погляди! Погляди, что они натворили!
