Слишком уж большая пропасть разделяла нас. У меня, как и у любого человека с Земли, мышление осуществляется при помощи образов и знаков, возникающих в голове, когда я думаю о чём-нибудь. Кроме того, моё мышление основано на причинно-следственных связях, позволяющих оперировать такими понятиями, как предположение, факт, логический вывод, аналогия.
К моему удивлению, местные представители разумной фауны, а именно гномы, имели отличное мышление. По сути, они не опровергали причинно-следственные связи всего и вся, но допускали и дополняли их влиянием магии.
«Мда-а… – протянул я, мысленно сокрушаясь над сделанным мною открытием. – То есть если для меня цепочка понятий яйцо – курица – яйцо абсолютно логична, то для местных из-за наличия магии это не совсем так… скорее магия – яйцо – магия – курица – магия – яйцо… То есть местные законы пространства и энергий вполне допускают возможность появления из куриного яйца… Ну, например, говорящей курицы, а… если эта говорящая несушка снесёт очередное яйцо… то не факт, что оно унаследует признаки своего родителя… и из него не вылупится уже обычная ящерица… ну это я, конечно, утрирую, но принцип-то теперь понятен».
Откинувшись назад и опёршись о стенку отнорка, я, прикрыв глаза, продолжил свои измышления.
«Получается, что магия вносит в местный мир… м-м-м… как бы сказать… повышенную долю случайностей?»
Обдумав эту мысль, я сам себе отрицательно покачал головой: «Нет… тогда бы действительно у курицы рождались драконы и наоборот… или, например, золото самопроизвольно превращалось бы в ртуть».
Приоткрыв один глаз, я осмотрел ещё раз окружающие меня стены отнорка, стараясь в них найти ответы на свои вопросы.
«Вот… те же стены… ведь они не плывут и не изменяются. Значит, трёхмерная метрика пространства остаётся константой».
Я даже приободрился. Мне почудилось, что я на верном пути, и, захрустев кусочком почившего жука-переростка, я продолжил.
«Если пространство и основные константы не меняются… ну, вода остаётся водой, а вот камень – камнем… значит, в данную метрику магия вписывается просто как ещё одна константа, которая так же влияет на оставшиеся три измерения и время».
Озарение, настигшее меня, было удивительным. Я даже не смог усидеть и, отложив сферу-артефакт, принялся расхаживать от одной стены отнорка до другой.
«Хм-м… если магия, действительно, ещё одна константа… то, получается, она присутствует во всём, только в разных пропорциях, и воздействует по иным правилам! А главное, чем сложнее система – тем и воздействие более сложное».
«Точно! – я даже остановился, поразившись простоте мысли. – Вот по этой причине в камнях так мало магической энергии, и чем сложнее элемент, тем он более насыщен магией! По этой причине содержание магической энергии в радиоактивной руде на порядок выше, чем в том же песке!»
Теперь, имея хоть какое-то понимание о магии, хотя бы на уровне дилетанта понимая об причинах и источнике магической энергии, я решил подойти к изучению артефакта-сферы со стороны именно нелогичности.
«Вот ты какой, северный олень…» – проговорил я про себя. Теперь я понимал, на что мне нужно обратить внимание и где искать отсутствие закономерности. Спустя половину часа мне удалось разобраться в её устройстве.
Принципиальная схема артефакта была достаточно проста, а его примитивность позволила разобраться в нём в такой короткий период времени. Всё-таки мышление у местных гномов было отлично от моего. И главное, работа с артефактом требовала использования магии. Без неё разобраться было невозможно.
В связи с небольшими запасами радиоактивной руды у меня, работа свелась к быстрому рассмотрению артефакта третьим глазом, тратя на это буквально пару секунд, а затем длительному осмыслению, с вычерчиванием острым ногтем диаграммы артефакта прямо на стене отнорка.
Это было сродни игре в шахматы. Вот только, двинув фигуру, я тут же отворачивался спиной к шахматной доске и старался продумать следующий ход, восстанавливая по памяти всю расстановку фигур.
Спустя пару часов я, сделав пару шагов назад, придирчиво рассматривал полученную диаграмму работы артефакта-сферы, которую я изобразил на стене.
– Всё в итоге очень и очень просто… даже примитивно, – произнёс я себе под нос, выделяя взглядом узловые точки контроля и работы гномьего артефакта.
У артефакта-сферы оказалось всего с десяток базовых команд. Сами по себе они были подвижными и делились исходя из возможностей работы самого оператора. Что косвенно подтверждало сделанные ранее мною выводы.
Например, если оператор артефакта имел внушительный запас магической энергии, то существовала возможность запуска сразу нескольких команд. При этом они как бы наслаивались друг на друга.
– Гм… то есть если бы у меня был большой запас магической энергии… – размышлял я вслух, – то я мог бы сразу запустить две сопутствующих команды, а вот эти три… запустились бы сами, просто используя рассеивающуюся энергию…
