Он пытался бороться с собой, но мысли независимо от его воли все время возвращались в прошлое. Пока он отпирал багажник и складывал туда покупки, его не покидала уверенность, что он будет вечно проклинать ту ночь.
Наверное, так. Он подвел друга и солгал в полиции. Второй грех только укрепил его в мысли, что он никогда не сможет искупить первый.
Федак не вышвыривал его из машины на дороге, что вела вниз из Дома на Скалах. Просто Терри не вынес, как Федак с горечью и слезами говорил о Линде. Черт бы его побрал, ведь он знал девушку всего месяц! Никогда ему не доводилось видеть Федака в таком состоянии, это тревожило и смущало его. Ему нравилась Линда, но легче от этого не становилось. В конце концов он потребовал, чтобы Федак остановил машину и выпустил его. Терри ушел и оставил его за баранкой, а ведь он был слишком расстроен и пьян, чтобы самостоятельно доехать до дома. Терри понимал, что поступает неправильно, твердил себе об этом всю дорогу, пока спускался по тропе вниз, но к машине так и не вернулся.
Теперь Федак мертв, утонул в своей машине, и его смыло приливом. Терри все думал, каково ему было. Более ужасный конец трудно себе представить: машина медленно заполняется водой и погружается в пучину, вода давит на дверцы, не давая их открыть. Стекла в «фольксвагене» всегда открывались туго, а в панике с ними и вовсе не справиться.
Или Стиву было все равно? А если это не был несчастный случай? Если он нарочно съехал с дороги, а потом сидел и смотрел, как волны кружат машину на месте, и ждал смерти. В любом случае Терри мог и должен был предотвратить это. Теперь он проклят, потому что ничего не сделал. Он это заслужил.
Он пропустил поворот, от которого начиналась дорога к ферме, пришлось разворачиваться и возвращаться назад. Ехать по непривычной стороне дороги было еще полбеды. Сложнее оказалось сидеть в машине с неправильной стороны, требовалось время, чтобы приспособиться. С километр дорога шла вдоль кромки болота. Все кругом выглядело немного не так, как раньше, но он знал, что на правильном пути. На сиденье рядом лежала изрядно потрепанная карта местности, но он не стал в нее заглядывать. Впереди уже виднелись дом и мост, по которому можно было попасть на остров.
Кто-то приехал в гости, подумал он.
Дорогой даже с виду желтый «сааб» стоял перед домом.
Он припарковался рядом. Бока «сааба» были забрызганы грязью после долгого пути. Он вылез из машины и стал доставать из багажника покупки.
Что-то было не так. Он пытался понять что, прокладывая путь на кухню с первым пакетом в руках. После завтрака было не убрано, и ему пришлось расчищать место на столе, чтобы положить продукты. Тишина стояла такая, словно дом вымер. Заглянув в соседнюю комнату, он увидел, что компьютер — его компьютер, который был ему обещан, — выключен.
Рядом лежала записка, подписанная Роджером. Больше Терри ничего не сумел разобрать, потому что Роджер писал по-французски и таким мелким и корявым почерком, что Терри понадобилось бы не меньше получаса на расшифровку. Выделялись два слова в первой строке: «Дэус» и «успех», за ними следовал длинный ряд восклицательных знаков.
«Дэус» сработал! Как иначе надо было это понимать? Очевидно, дальше шла речь о том, куда они уехали и когда вернутся. Сначала он займется обедом, а потом разберется с запиской. Его программа сработала, а ведь он даже не смел надеяться на это. Ну, что скажете?
Он пошел за второй сумкой, в которой было вино и длинные батоны. Отломив горбушку от батона, он жевал на ходу. Ему предстояло кое-что обмозговать. Джим и его друзья остались ему должны некоторую сумму денег и обратный билет, и ему предстояло обдумать, как перевезти компьютер и обойти уплату таможенных пошлин. Он может заплатить на таможне из гонорара, а потом потребовать возмещения расходов в конце года. Да, именно так он собирался все организовать: собственное дело на хорошем оборудовании, которое ведется по всем правилам. Пришел конец тому периоду в жизни, когда он целыми днями сидел дома и смотрел передачи для домохозяек и повторы детского сериала «Улица Сезам».
Терри уже подходил к двери на кухню, когда из зарослей камыша показался какой-то человек.
Судя по всему, он что-то искал. Он отряхивал руки, взбираясь на берег реки, за которым его раньше не было видно. Заметив Терри, он улыбнулся и дружески помахал рукой. Терри не мог помахать в ответ, он стоял и ждал, пока человек подойдет ближе.
Он был одет в утепленную куртку на молнии и широкие брюки — типичный горожанин зимой. Когда между ними осталось не больше шести ярдов, он полез в карман куртки, неловко вывернув руку, и достал нож. Он все еще улыбался.
Терри выхватил из сумки бутылку, швырнул в незнакомца и бросился бежать.
