Из дальнейших слов стало понятно, что король не имеет права выходить из кабинета, принимать людей по своей инициативе и даже ни разу не видел членов своего правительства.
— День ото дня меня и мою семью кормят все хуже и хуже. Дошло до того, что я постоянно голоден. Передайте, пожалуйста, главным из моих советников, которых я не имею, к сожалению, чести знать лично, что я могу в одно прекрасное время окачуриться от истощения сил и тем самым возбудить нехорошие слухи.
— Не преувеличивайте, ваше величество, — упрекнул майор. — Если вы протянете ноги от истощения, об этом не напишет ни одна газета мира.
— Пожалуй, — король нахмурился. — Давайте как-либо отметим ваш приход и закажем сюда ужин…
— Не положено, ваше величество, — сказали советники. — Поверьте нам, мы давно служим при вашем дворе и знаем порядки. Не положено по соображениям гигиены.
Но Иосиф тоже хотел подкрепиться и потому велел немедленно принести ужин.
— Спасибо, — поблагодарил король. — Все ведут себя так, будто давно произошел государственный переворот… Я каждый день подписываю разные декреты и указы и вот недавно обнаружил в мусорном ящике подписанные мною, но разорванные декреты и указы. Как это объяснить?
— Вероятно, чрезвычайным обилием декретов и указов, — нагло заметил майор. — Вверенный вам народ просто не успевает переваривать их.
Появился толстый, лукавого вида человек в засаленном камзоле и сказал, что подать к столу нечего.
— Дефицит, ваше величество, кругом дефицит.
Иосиф подозвал негодника к себе, взял за горло и велел понюхать дуло пистолета. Тотчас явились фрукты, колбасы, сыры, салаты и разные тонизирующие напитки.
Король сразу накинулся на еду. Он выгребал рукой печенье и конфеты из вазы и засовывал в карманы, вероятно, для своих детей.
— Какова цель вашего визита, господа?
Иосиф раскрыл рот, чтобы объяснить, но вмешался полицейский:
— Я полагаю, к делу мы приступим тотчас после трапезы.
Принесли горячее блюдо. Переставляя спортивную сумку, из которой торчала шляпка «часов», Иосиф заметил какое-то движение. То ли майор, сидевший по правую сторону, взмахнул рукою, то ли сановник, сидевший по левую.
Каменные лица были непроницаемы. И тогда Иосиф, которого не покидало чувство тревоги, поменял свое блюдо с блюдом майора.
— Ну-ка, ешь!.. Что за кислая мина? Снять маску!
Король, не переставая есть, с интересом наблюдал за происходящим.
— Снимите маску, — поддержал он Иосифа. — Я разрешаю.
Майор снял с лица желеобразную присоску. Чернели испуганные глаза.
Иосиф подцепил вилкой кусок мяса.
— Ешь!
— Нет-нет, — закричал полицейский. — Не хочу, не буду! У меня расстройство желудка!
— Как не стыдно, — оборвал его сановник. — Соблюдайте элементарные нормы деловых отношений! Не ставьте остальных под удар… Ешьте, если уж попались…
— Ах ты, гнида! Сам меня подбил, — озлился полицейский. Бросил в рот кусок мяса, зажмурился и вдруг, дернувшись и выкатив глаза, осел на стуле. И тотчас же что-то зашумело, загудело, забилось, будто заработала швейная машинка, тело майора вспучилось и лопнуло со зловещим хлопком. Откуда ни возьмись, появился хвостатый черный субъект, очень похожий на только что скончавшегося, только гораздо меньше.
Иосиф, не целясь, выстрелил в него. Но тот отскочил в сторону, прыгнул к окну и, разбив стекло, исчез.
Некоторое время все сидели молча. Лишь король как ни в чем не бывало с аппетитом продолжал ужин.
— Кто такой? — спросил Иосиф, с отвращением вглядываясь в скончавшегося майора и не замечая уже никаких следов разрыва на его теле. — Кто это, черный, выскочил из трупа негодяя, пытавшегося отравить меня?
— Я никого не видел, — пожал плечами Бар.
— А это? — Иосиф показал на разбитое окно.
— Следы от вашей пули.
— Что вы скажете, ваше величество?
— У вас хорошая реакция, вы убереглись от смерти. Надо было бы убрать отсюда тело. Оно уже издает зловоние и мешает трапезе почтенных людей.
— Что скажешь? — Иосиф впился взглядом в сановника. — Ты подбил его подсыпать яду?.. Кто это, черный такой, с хвостом?
— Я никого не подбивал, — пожал плечами сановник. — И не видел никого с черным хвостом.
— Случается, что у двуликих иногда отделяется второй лик, — заметил король. — Я слышал об этом. Это очень опасные типы, в которых живут двойники. Разве я не прав и такое не случается?
— Иногда случается, — нехотя подтвердил сановник. — Но крайне редко.
— И даже весьма нередко, можно сказать, часто, — возразил король. — И не только после смерти… Это двойник, та самая половина склеенной личности, которая продолжает начатое дело.
— Спасибо, ваше величество, за важное пояснение, — поблагодарил Иосиф. — Я учту все это.
— Вы очень нервны, — сказал король, глядя на Иосифа. — Вы расколошматили мое окно. Теперь оно будет стоять разбитым до самых холодов…
Разговор приобретал болезненный характер, мысль в нем увязала, как ноги на глинистой дороге после осенних дождей.
Иосиф понял, что слишком устал.
— У меня мало времени, приступим к делу. Ваше величество, проведите нас в помещение, которое не прослушивается.