Тут из-за поворота послышались размеренные бухающие шаги. Ньенна обрадованно улыбнулась – она сразу узнала эту походку.
– Господин Проглот! – воскликнула она. – Мир вам, господин Проглот!
– И тебе мир, худая человеческая женщина, – степенно ответило чудовище, проходя мимо.
– Подождите, господин Проглот! Вы ведь можете съесть все что угодно?
– Конечно.
– А можете съесть вот этот мешок?
– Клади мне его в рот, – распахнул громадную пасть Черный Пожиратель.
Ньенна с пыхтением попыталась приподнять свой мешок, но тот даже не шевельнулся. Принцесса растерянно посмотрела на Проглота, однако тот уже и сам догадался, что попросил о невозможном. В воздухе промелькнул страшный язык, заставив Ньенну испуганно вздрогнуть, и мешок бесследно исчез.
– Странный вкус, – задумчиво произнес Проглот. – Что там было?
– Мусор, – виновато ответила Ньенна.
– Он совсем не питательный. У тебя есть еще?
– Пока нет. Но когда будет, я обязательно вам принесу.
– Не забудь.
Когда Дарен вернулась в тронный зал и узнала, что Ньенна вынесла мусор быстрее, то позеленела от злости. Сама-то она честно тащилась до ближайшего моста, а там уже швырнула мешок в огненную пропасть.
Бельзедор долго совещался с приспешниками, решая, кому присудить победу в первом туре. Выбор был трудным – несмотря на приложенные старания, обе принцессы справились с заданием из рук вон плохо. Ни в одном доме не взяли бы на работу столь неумелых горничных.
В конце концов Бельзедор записал что-то у себя в блокноте и предложил переходить ко второму туру. Оценок он объявлять не стал, пообещав сообщить результаты в самом конце.
Второй частью конкурса оказалась готовка. Пока Бельзедор и остальные ожидали в тронном зале, управляющий проводил принцесс на поварню, показал им, где что лежит, и попросил приготовить какое-нибудь кушанье. Любое, по собственному выбору. Победит та участница, чье блюдо больше понравится лорду Бельзедору.
Принцессы растерянно переглянулись. Им никогда в жизни не доводилось стряпать. Ньенна умела только заваривать и подавать чай – это входит в курс воспитания благородной шевларийской девицы.
Дарен не умела даже этого.
– Ты что собираешься готовить? – как бы невзначай спросила Дарен.
– Не знаю… – удрученно ответила Ньенна. – А ты что?
– Не скажу.
На время конкурса все повара, кухарки и даже посудомойки удалились, оставив принцесс одних. Громадная поварня Цитадели Зла предоставляла участницам любые продукты и утварь. Даже нгелтианский Король Поваров не побрезговал бы кашеварить в таком месте.
Дарен вспоминала все блюда, которые видела в жизни, пытаясь решить, какое из них легче всего приготовить. Наконец ей вспомнился любимый завтрак отца – вкусня. Действительно очень простая штука – жарится яичница из трех яиц, и туда добавляются маленькие кусочки белого хлеба, предварительно размоченного в молоке и слегка обжаренного в масле.
Как-то раз в детстве Дарен уже пробовала ее приготовить – правда, большую часть работы сделала дворцовая повариха, но тем не менее вкусня удалась на славу. Помнится, папа съел все без остатка и даже похвалил. А если этим кушаньем остался доволен гарийский император, оно непременно понравится и Темному Властелину.
Глядя, как Дарен режет хлеб, Ньенна изо всех сил старалась тоже что-нибудь придумать. Однако кулинария никогда не была ее сильным местом, и на ум ничего не приходило. Она могла только приготовить чай со сладостями и закусками… а почему бы и нет?
Определившись с целью, Ньенна запорхала между шкафов, ларей и морозильных сундуков. Она быстро нашла превосходный желтый чай из родной Шевларии, нашла сахар, печенье, пахлаву, леденцы, мармелад и безмерное количество других сладостей. Также она сноровисто наделала множество крошечных бутербродиков на один укус и умело вскипятила воду в чистого золота самоваре.
Дарен тем временем жарила яичницу. Она не стала возиться с разведением огня, просто воспользовавшись жаркамнем – их на поварне был целый ящик. Этот удивительный минерал Ильдланда обладает свойством нагревать все вокруг себя с необычайной силой, что делает его превосходной заменой печам и грелкам. Никто не знает, откуда муспеллы достают жаркамни, равно как никто не знает, где хримтурсы берут хладкамни, – видимо, некое тайное волшебство.
Ньенна вскипятила воду тоже с помощью жаркамня. Она положила в самовар всего один, совсем крошечный, но этого вполне хватило.
Дарен беспокойно поглядывала в сторону соперницы. Ее первая яичница получилась крайне неудачной – попробовав крохотный кусочек и содрогнувшись всем телом, принцесса втихаря соскребла ее со сковороды и выбросила в помойную трубу. Этот широкий каменный рукав вел в огромное помещение под поварней, кишмя кишащее гулями – кто-кто, а эти создания всегда находили применение объедкам.
Однако яичницу Дарен они есть отказались. Та с минуту недоверчиво смотрела, как гули один за другим подходят к странному месиву, придирчиво обнюхивают его, морщатся и отбегают в сторону, не желая даже попробовать.
– Да как вы смеете?! – бешено прошипела Дарен. – Жрите быстро!
Гули молча замотали головами.
