Книга давила острым углом на ребро, и Шура вынул ее из-под куртки. До этого он лишь несколько раз видел книги. Одна такая была у Дариана. По ней пасечник учил парнишку читать. Как же она называлась? Будто бы "О строении тварей земных" или что-то вроде этого, такое же заумное. А еще он видел, как во внутреннем дворе купца Тильбермана дочь торговца, долговязая прыщавая девица, читала книгу. Он еще мельком успел увидеть обложку. "Эпопея великого найта…, сумевшего… красавицу". Кто был тот великий найт и что сумел сделать с красавицей, для Шуры осталось загадкой. Наверняка речь шла о Великом Фамиросе, легендарном создателе Кодекса.
У этой книги, что держал в руках Шура, оказался кожаный переплет, на котором полыхали золотистые буквы названия - "Историкон". Толстые страницы густо испещрены буквами. Найт полистал книгу, узнал некоторые слова и закрыл. Любопытство одолевало его, но на чтение времени не было.
Когда он с книгой в руке вернулся к жрецу, над тем стоял Заг.
Технарь уже не дышал. Лысая голова поникла, руки сложены на груди. Он казался мирно спящим старичком, если бы не запекшаяся на рубахе кровь.
– Он отправился ремонтировать мотоциклы Небесных Байкеров, - тихо сказал рулевой.
– Загги, мы едем в другой Храм. На границе Плойны и Хэма. Там мы должны кое-что найти.
Магнитофон негромко напевал мудреные слова, навевая сложные мысли. Ветер бросало порывами то спереди, то сбоку. За спиной Зага было гораздо уютнее, когда воздушный поток наскакивал против хода "Планеты". Но, как гласит пословица, ветер может дуть в спину, сбоку или навстречу, а мотоцикл должен ехать.
Забывая о том, что нужно зорко смотреть по сторонам, Шура предавался размышлениям.
Выходит, борнийцы по приказу своего короля-императора начали разрушать Храмы. Какая дерзость. Даже в голове не укладывается. На что рассчитывает этот глупый император? На что он надеется? Сами-то смогут делать бензин и ремонтировать мотоциклы?
Мало того, что они не почитают Служителей предков-байкеров, так они еще убивают тех, кто являются основой для существования найтов. Наберут они себе бензина из храмовых запасов, а что потом? Это если бы крестьяне вместо того, чтобы разводить коз и круглый год пить молоко и есть сыр, стали бы их резать, чтобы один раз полакомиться мясом.
Сравнение Хранителей тайн предков-байкеров с козами было кощунственным, но оно само приехало в голову Шуры. К тому же он имел возможность удостовериться, что технари - такие же смертные люди, только знающие больше, чем остальные. Тот же Заг, к примеру, вполне мог бы стать жрецом. Ведь сам смог зарядить аккумулятор от храмовой мельницы.
Жрец сказал, что борнийцы хотят заполучить секреты технарей. Ого, замахнулись. Тогда Храмы - лишь начало. Теперь ясно, куда в первую очередь будут пробиваться зеленые охламоны. К Ремму.
Разъезжать по землям, где тебя в любой момент могут выследить и загнать вражеские найты - дело довольно рискованное. Для тех, кто любит играть со смертью,
Но Шура не хотел повергаться излишней опасности. Особенно сейчас, когда ему выпала такая возможность. Тайна, рассказанная жрецом, заставляла поберечься до того часа, пока они доберутся до указанного Храма.
Им предстояло доехать до святилища на границе Хэма и Плойны.
Редкие жители, оставшиеся в глухих поселках, с удивлением замечали, как по малым, начинающим зарастать дорогам с довольно приличной скоростью двигается настоящий стог сена. Землепашцы бросали работу на поле и глазели на это явление, быстро исчезавшее из их взоров. Только пахтающий звук, напоминающий работу мотоблока, еще какое-то время долетал до ушей, потом терялся и он.
Длинная жердь торчала из стога.
Лишь очень глазастый человек, оказавшийся рядом с дорогой, мог заметить, что среди вянущей травы и срезанных веток проблескивает голубой цвет, а пристально вглядевшись, различил бы фигуры двух человек, сидящих среди этого сенника.
Шура и Заг потратили полчаса, украшая мотоцикл ветками и травой. Это сказалось на скорости, зато позволяло не сразу различить машину. Теперь лишь предательский звук работающего мотора выдавал "Планету" в неспешно передвигающемся стоге.
Они держались подальше от больших проторенных дорог, пробираясь теми краями, где земля была изрезана шрамами балок и островками кустарников.
Ночью опасность была не меньшей, чем днем. Застигни борнийские солдаты заглушенную "Планету" врасплох - и горе рулевому с найтом.
Но в те короткие часы, когда наступала его очередь спать, Шура накрывал фару шатром, включал зажигание, залазил под полог и доставал книгу.
Когда он впервые раскрыл обтянутый кожей переплет, в направленном свете фары запрыгали буквы и строки.
