— Я получу секрет создания чистокровок? — спросил Каин.
— Не волнуйся. Скоро тебе будет дарована награда, которую ты заслужил, — ответил Бриггс, насмешливо щуря красные глаза. — Не подведи меня.
Раздался громкий хлопок, словно лопнул шарик, и Бриггс исчез. Не медля ни минуты, Каин развернулся и побежал назад к джипу. Ему не хотелось думать, что этот оборотень что-то забыл и появится вновь.
Распахнув дверцу, Каин заскочил на сиденье и ударил по газам.
— Вот черт!
Джип на всем ходу запрыгал по бревенчатому настилу, и Андре схватился за приборную панель.
— Вы в порядке? — спросил он Каина, когда настил закончился.
Каина все еще била дрожь. Казалось, что этот противный холод прилип к его коже.
Скоро ему будет дарована награда, которую он заслуживает…
Теперь Каин искренне жалел о том, что Бриггс выбрал его для своих проклятых видений.
— Кажется, у меня скоро поедет крыша, — пробормотал он.
Андре пристально посмотрел на него и спросил:
— Все так плохо? Пора искать место для нового логова?
Каин не без удовольствия подумал, что это звучит заманчиво — уехать подальше от этих варов, забыть про оборотней-чистокровок.
— Поздно бежать, — мрачно сказал он, — катастрофа неизбежна, однако остается надежда, что мы ее переживем.
Сальваторе вышагивал по спальне Харли, прижимая к уху сотовый, который оставил ему Сантьяго. В трубке звучал голос Хесса, записанный на автоответчик. Сальваторе остановился, рассеянно разглядывая все еще не прибранную кровать, хранившую тепло их с Харли объятий.
Эта женщина способна доставить неземное блаженство. То, что произошло между ним и Харли, было больше, чем просто удовлетворение потребности, больше, чем акт привязки партнера. При всей своей естественности это наполняло радостью сердце Сальваторе.
Внезапно ванильный аромат защекотал нос Сальваторе. Обернувшись, он увидел, что Харли с белым полотенцем вокруг такого соблазнительного тела вышла из ванной. Ее шикарные волосы ниспадали на голые плечи.
Сальваторе захлопнул крышку телефона и бросил его на кровать. Радость пережитого так и шла изнутри, но он с полминуты сохранял серьезность, делая вид, что не замечает, как Харли любуется его голым торсом.
— Что-то не так? — требовательно спросила Харли.
— Я звоню Хессу, но попадаю на голосовую почту.
— Вы думаете, с ним что-то случилось?
Сальваторе, вздохнув, понуро пожал плечами. К чему было сейчас играть, он и так слишком много лицедействовал в жизни. Чего стоили, например, представительства от вампиров, которые хотели от него помощи. Это было похуже серебра в плечо.
— Пока не уничтожен Бриггс, все может быть. Он способен управлять сознанием оборотней, так что у меня связаны руки. Сейчас все зависит от Стикса, вернее, от существ, которых он отправил на наши поиски.
Пытаясь казаться беспечной, Харли подошла к кровати и завернулась в одеяло.
— Кстати, а что вы планируете делать, когда прибудет Стикс со своими воронами?
Сальваторе уже привык к странному сочетанию ее властной настойчивости и вместе с тем удивительной женственности, но всякий раз она не переставала его удивлять.
Словно мотылек на огонь, Сальваторе машинально шагнул к Харли и сел на край кровати. Он немного поиграл ее влажными локонами, чувствуя, как дурные мысли уходят.
— Я планирую возвратиться вместе с ними в Чикаго.
— А затем?
— Почему вы об этом спрашиваете? — мягко спросил Сальваторе, наклоняясь вперед и целуя мочку ее уха. — У вас есть планы относительно меня?
Сальваторе на миг почудилось, что он чувствует в воздухе аромат возбуждения Харли.
— Отчасти да, — ответила она.
— Уже приятно, — сказал он, прослеживая языком ямку ее ключицы.
— Я хотела бы посадить дикого волка на серебряную цепочку.
— Причудливо…
Харли с выражением упрека на милом личике положила руки на плечи и оттолкнула его.
— Да, и еще что-нибудь, чтобы справиться с его раздутым самомнением.
Сальваторе взял руку Харли и шутливо прикусил подушечку ее большого пальца.
— Но только не тогда, когда мы в постели, — в тон ей ответил он.
— Сальваторе! — воскликнула она и внезапно умолкла. Она нахмурилась, но в ее глазах горел веселый огонек.
— Что случилось?
— Я только что приняла душ.
— Жаль, что меня не дождались, — серьезно сказал он, не сводя взгляда с опасно горевших глаз Харли. — Я бы спинку потер.
— Я сама терла ее и терла, — странно произнесла она. — Почему я чувствую на себе ваш запах?
В ответ Сальваторе что-то удовлетворенно промычал. Его охватила дикая, первобытная радость. Для него не было новостью, что его мускус, передаваемый в любовном экстазе, может держаться несколько дней, в течение которых Харли будет носить его метку.
— Что это? — настаивала Харли.
— Неужели вы никогда не слышали высказывание: «То, чего вы не знаете, не обязательно принесет вам боль»? — спросил Сальваторе с кривой усмешкой.
— Вы от меня что-то скрываете! — Харли выдернула руку из ладони Сальваторе.
— Вовсе нет. Если хотите знать правду, я скажу вам.
— Если вы ответите сейчас, что я этой правды не перенесу, клянусь, я вырву вам язык!
