Адаль был красив, какой-то особенной утонченной красотой. Его высокая, худощавая фигура, тонкие длинные пальцы на руках, изящный нос и губы, невероятной глубины синие глаза могли сделать его похожим на девушку, если бы не та невероятная стать, что читалась в каждом его движении. Он был воином, и об этом говорило его тело. Джодок же, немного ниже ростом, вовсе не красавец. Обычный, вот, то слово, которое идеально подошло бы старейшине, если бы не темные глаза-колодца, в которых так легко было потеряться, и необычайная харизма, которая исходила от этого мужчины, стоило ему заговорить.
Это твоя ответственность, — добавил он, потянув на себя ручку входной двери, и пропуская брата вперед.
— Как всегда, — усмехнулся тот, первым входя в стены зала, где творилась волошба совершенно нового даже для него уровня.
Женская энергия всегда была отличной от мужской. Они поняли это очень давно. Энергия
Сердца никогда не могла взаимодействовать с ней, изменяя женщин, делая их Властителями. Прежде такого не случалось. Но после того, как Дайли изменила принцессу, Джодок впервые почувствовал возможность в этом. А, если у него рождались идеи, он привык воплощать их в жизнь. И, вот, он здесь, где юная женщина плетет свои первые чары, толком и сама не понимая как. Никто из присутствующих даже не осознает этого, кроме его самого и брата и то, лишь потому, что они сильнее и старше. Эта энергия, такая нежная, тонкая и в то же время крепкая, что не разорвать так просто эти путы. Она неощутимо ложится на плечи, и стоит перестать осознавать, что происходящее — это магия, как сам начнешь верить в то, что говорит принцесса. Тебе захочется этого.
Стоило входным дверям открыться, как Йолинь невольно вздрогнула. На пороге стояли двое, кого бы она предпочла больше никогда не встречать. Она здорово недолюбливала старейшин Севера и считала, что ей было за что! Но сейчас, это было неважно. Что, если они почувствуют то, что она делает? Или уже почувствовали? Что ей тогда делать?
«Неважно», подумала она, подтягивая к себе нити своего дара. «Если понадобится, то старейшин сегодня же изгонят за пределы Грозового Перевала. Какими бы сильными они не были, но вряд ли пойдут против разъяренной толпы?!»
«Что это?» её темная сторона, порой была куда более рациональной и полезной. Вот и сейчас она слушала советы той, что так долго не могла принять в себе. «Паника? Ты расстраиваешь меня. Никогда не будь мышью в углу! Когда начинаешь дергаться без толку — исход всегда будет одним, и ты это знаешь».
Она и впрямь знала это. Потому глубоко вздохнула и постаралась расслабить плечи, что казалось, свело судорогой от напряжения.
— Я рада, что вы почтили мой дом в этот день, — ровно сказала она.
— Рада она, хорошо хоть сказала, — буркнул Адаль за спиной брата, так что услышать мог только он.
— Жаль, — заговорил Джодок, грустно улыбнувшись, — что повод для нашей встречи выпал столь безрадостный. Но, — осмотрелся он по сторонам, — мы рассчитывали увидеть вас всех у берега Тирты, почему не проведен поминальный ритуал, как требует того обычай севера?
— Потому, — встретившись взглядом со старейшиной, заговорила принцесса, — никто в моем доме не станет проводить поминальный обряд, пока тело моего мужа не окажется на родной земле.
— И, что вас заставляет надеяться отыскать его? — прищурился мужчина.
Йолинь скупо усмехнулась, не отводя глаз, и чуть тише сказала:
— Вам ли не знать, что заставляет меня?
— Справедливо, — кивнул мужчина, и уже в следующий миг обратился к собравшимся. — Мы, двое старейшин Сердца, прибыли в земли пропавшего Рикхарда Властителя Грозового Перевала, и согласны возглавить отряд, который будет отправлен на его поиски.
Сейчас Йолинь не только удерживала необходимый настрой той массы людей, что собрались в зале, она и считывала их собственные эмоции. Как и чувствовала, что некоторые яро сопротивляются её воздействию, точно сами не понимают, что с ними происходит. Вот и сейчас волна какой-то паники и растерянности пришла к ней с той стороны, где были Марсия и Эгиль. Но, что говорить, слова Джодока застали врасплох и её саму! Условия, в которых ей когда-то приходилось существовать, сделали из неё человека, способного отстраняться от собственных чувств и реально смотреть на то, что происходит вокруг. Значит ли это, что старейшины готовы поверить ей? Чувствуют ли они изменения, что коснулись её? Хотя её и удивили эти слова Джодока, но в большей степени они уверили её в том, что с этими двумя ей предстоит отдельный разговор, от которого она намерена получить то, что хочет.
— Жена Властителя права, в данной ситуации необходимо разобраться. Кто свидетельствовал смерть Рикхарда? — спросил мужчина, обведя всех присутствующих темным взглядом.
Эгиль нервно вздрогнул, но отступать было все равно некуда. Демонова девка, надо было послушать её тогда?!
— Я, Эгиль из рода Страйтов, — нехотя поднялся с места мужчина.
— Хорошо, отправишься с нами и покажешь, где всё произошло.
