Ноги Кингмана перестали дергаться. Пальцы его правой руки перестали сжиматься. Он уже не пытался кричать.
– Все кончено, – признал Салсбери. И оба экрана одновременно погасли.
– Брайен Кингман умер во второй раз.
– Но что убило его? – Красивое лицо Даусона было сейчас серым, как пыль. – Наркотик?
– Нет, не наркотик, – покачал головой Салсбери. – Страх.
Клингер повернулся к анатомическому столу, чтобы взглянуть на тело.
– Страх. Я так и думал, что ты это скажешь.
– Внезапный, мощный страх способен убить, – подтвердил Салсбери. – А в данном случае так оно и произошло. Разумеется, я проведу тщательное анатомическое исследование. Но я уверен, что физиологических причин случившемуся разрыву сердца я не найду.
Вцепившись Салсбери в плечо, Даусон прошептал:
– Как ты думаешь, Брайен догадался во сне, что мы устанавливаем контроль за ним? И он так устрашился оттого, что его могут контролировать, что сама мысль убила его?
– Ну, что-то вроде этого.
– Тогда даже если сработал наркотик – сигнал на подсознание не поступил.
– Ах, ну конечно же, поступил, – возразил Салсбери. – Мне теперь нужно только усовершенствовать программу.
– Усовершенствовать?
– Я представлю ее в таких главных понятиях, чтобы они были максимально эффективными. Понимаете, чтобы внедрить подсознательно команду "ключ-замок", мне нужно добраться до внутреннего "я" субъекта и буквально продырявить его. Моя команда уже умеет расшатывать его. В следующий раз мне следует быть осторожнее, вводить команду не так настойчиво. – Он подкатил тележку с инструментами к анатомическому столу.
Не очень-то удовлетворившись этим объяснением, Даусон спросил:
– А что, если тебе так и не удастся усовершенствовать программу? Что, если и следующий подопытный умрет? Можно поверить в то, что один мой служащий, уйдя со службы, не вернулся домой. Но два, испарившиеся без следа? Три? Невозможно!
Салсбери открыл ящик, достал толстое белое полотенце, покрыл им тележку.
– Нам не понадобится никто из твоих служащих для следующего эксперимента.
– А где мы еще сможем найти испытуемого? Салсбери вытащил хирургические инструменты – один за другим, из того же ящика, что и полотенце, – и разложил их.
– Думаю, что пришло время создать корпорацию в Лихтенштейне. Найдите трех наемников, снабдите их подложными документами и переправьте их сюда из Европы под вымышленными именами.
– В этот дом? – уточнил Даусон.
– Именно. Нам еще некоторое время не понадобится цитадель в Германии или во Франции. Мы дадим всем троим наркотик, как только они прибудут сюда. На следующий день я займусь с одним из них по новой программе "ключ-замок". Если это сработает, если она его не убьет, тогда я применю ее к двум, остальным. И рано или поздно наш эксперимент охватит всю страну. Когда для этого придет время, у нас, к счастью, будет два-три хорошо обученных подчиненных под рукой.
Даусон нахмурился:
– Подкупить юристов в Вэдузе, организовать корпорацию, купить подложные документы, нанять наемников, привезти их сюда.., в эти расходы мне не хотелось бы входить, пока мы не убедимся, что наркотики и команды подсознательного внушения работают так, как ты расписываешь., – Они работают.
– Мы еще не убедились.
Поднеся скальпель к лампе и изучая в ее свете его отточенное лезвие, Салсбери отозвался:
– Я уверен, что твои денежки не пойдут прахом, Леонард. Ты уж изыщешь способ вытянуть их из корпорации.
– Не так-то все это просто, уверяю тебя. "Фьючерс" не личный парк для прогулок, сам знаешь. Это общественная организация. Я не могу брать деньги до бесконечности.
– Поговаривают, что ты миллиардер, – заметил Салсбери. – В лучших традициях Онассиса, Гетти, Хьюза… "Фьючерс" не единственное, что находится у тебя под контролем. Где-то ты ведь нашел деньги, чтобы оплатить эту лабораторию, – два миллиона долларов. И каждый месяц ты изыскивал еще по восемьдесят тысяч для ее оснащения. По сравнению с этим новые расходы просто "тьфу".
– Согласен, – подал голос генерал.
– Конечно, не ваши денежки спускают в канализацию, – буркнул Даусон.
– Если ты считаешь наш проект канализационной трубой, – подхватил Салсбери, – можем захлопнуть люк прямо сейчас.
Даусон забегал, остановился, заложил руки в карманы брюк, снова вынул.
– Эти люди так меня беспокоят.
– Какие люди?
– Да эти наемники.
– А что такое?
– Но это же просто убийцы.
– Разумеется.
– Профессиональные убийцы. Они зарабатывают себе на жизнь.., убивая людей!
– Я никогда не питал большой любви к этим париям, – заметил Клингер. – Но ты упрощаешь, Леонард.
– Но ведь это чистая правда. Салсбери нетерпеливо перебил:
– Ну и что с того?
– Ну, мне как-то неприятно, если они будут жить у меня в доме, – пояснил Даусон. Голос его звучал почти плаксиво.
"Ах ты, лицемерный осел!" – подумал Салсбери. Он собрал нервы в кулак, чтобы не брякнуть это вслух. Доверие к нему возросло за последний год – но все же не до такой степени, чтобы он мог столь откровенно разговаривать с Даусоном.
Клингер спросил:
