Решив вовремя прервать его негодование по этому вопросу, приподнялась, положив локти ему на грудь и всматриваясь в черты его лица, чтобы знать, поймет ли он то, что я скажу.
— Предотвратить чью-то судьбу — преступно. Понимаешь?
— Нет, — просто ответил он, а я лишь тяжело вздохнула. Это будет сложнее, чем я думала.
— Скажи, если ты будешь знать, что выйдя из дома, на тебя нападут и поранят, ты выйдешь?
— Я буду предупрежден и смогу это предотвратить.
— А, что, если нет. И твои попытки предотвратить ситуацию, её только ухудшат?
— Тогда, я останусь дома.
— А, что, если твоя рана поможет тебе в будущем избежать более серьёзных последствий.
— Как это?
— Ну, например, поранившись, ты не сможешь отправиться с группой других людей в путешествие в котором на них нападут вирги и выживших не останется. Тогда будет ли тебе казаться твоя рана злом или необходимым вмешательством, которое спасло тебе жизнь.
— Хочешь сказать, что ваши наставники могут предсказывать будущее?
— Конечно, нет, — улыбнулась я. — Просто у каждого поступка есть свое следствие и наши наставники очень хорошо понимают эти причинно следственные связи видя их в масштабе не одного человека, а мира или конкретно взятого общества, понимаешь?
— С трудом, — честно признался он.
— Знаешь, чему учат в Дао Хэ?
— Нет, но ты ведь расскажешь?
— Расскажу, — игриво улыбнулась в ответ, но продолжила. — Никогда, ни при каких обстоятельствах не думать, что жизнь ненавидит тебя, посылая испытания, которые тебе не по силам.
— Ты, правда, в это веришь?
— Я с этим живу.
— Хорошо, и даже теряя близких, человек не должен думать, что жизнь несправедлива? — несколько жестко спросил он.
— Мне сложно понять ваше ощущение утраты, — тихо сказала я. — В Дао Хэ смерть воспринимают, как рождение новой жизни на совершенно другом уровне. Мы провожаем ушедших с легким сердцем, желая им доброго пути. Мы скучаем, но радуемся, продолжая любить и вспоминать то светлое, что остается в нашей памяти об ушедшем.
— Тогда, раз умереть это так хорошо, почему ты кинулась спасать меня?
— Я не хотела, чтобы ты уходил. Мне было больно думать о том, что ты покинешь меня, когда я не готова последовать за тобой.
— У меня мороз по коже от твоих слов, — фыркнул он.
— Почему? Я всего лишь говорю, что хочу побыть с тобой здесь и сейчас, что наш путь ещё не пройден и, если бы ты погиб тогда, это было бы не правильно.
Он долго молчал после моих слов. Его мысли никак не отражались на лице, и я уже подумала, что неосторожно обидела его. Ведь, ему довелось прожить не один десяток лет, много терять, любить, а сейчас, я говорю ему, что и не потери то были вовсе, а просто у каждого свой путь, свое начало и свой конец.
— Твои слова…я должен многое обдумать, прежде, чем понять их, — наконец сказал он.
— Знаешь, я кое-что видела, когда погружалась на дно, — нерешительно начала я.
— Что? — тут же обратил он на меня свой взор.
— Не знаю, словно я побывала в прошлом. В том времени, когда Сэ'Паи, ещё не забрал меня в Дао Хэ.
— И что это было?
— Я…, словно, видела свою мать…, — сказала, и сама задумалась над правдивостью своих видений.
Кажется, я молчала слишком долго, потому, как Брэйдан не выдержав, все же спросил:
— И? Ты не хочешь мне рассказать, что именно ты видела?
— Я и сама не знаю, — нервно покусывая губы, ответила я. — Это было словно сон, но такой реальный. Мне привиделось, что моя мать и, кажется, её отец спорили. Даже не так, они ругались из-за меня…
— Из-за тебя?
— Да, будто бы моя мать нагуляла меня, и тогда её отец приказал ей избавиться от ребенка.
— И, что было дальше?
— Не помню, но, судя по всему, ей это удалось, — хмыкнула я.
— А, что-нибудь ещё помнишь?
— Не уверенна. Её имя, оно крутится на языке, но вспомнить никак не получается, — глубоко вздохнув, опустила голову ему на плечо.
— Ты так спокойно об этом говоришь, — как бы, между прочим, сказал он.
— А, как я должна об этом говорить?
— Не знаю, мне всегда казалось, что вспомнить или узнать, что-то о родном человеке должно быть, чем-то важным?
— Ну, мне интересно, не более.
— Ты злишься на неё?
— С чего бы? — улыбнулась я. — Если кому обижаться, то это ей на меня, а не мне.
— Что? — нахмурился он, и приподнялся так, чтобы иметь возможность заглянуть мне в глаза.
— Эй, лежи смирно, неудобно, — толкнула его локтем в бок, потому как от его движений моя голова начала съезжать с облюбованного плеча.
Получив ощутимый тычок, он тут же лег, как и раньше позволяя мне использовать свое плечо в качестве подушки.
— Понимаешь, этой женщины, скорее всего, уже нет в живых….
— Как ты можешь это знать наверняка?
— Это знает любая Тень, — тихо сказала я. — Наши родители… Они умирают, после рождения таких детей, как мы. Их тела не справляются с такой нагрузкой, слишком разные энергии и слишком мощные наши сущности для их тел. Дети забирают на себя все жизненные силы. Кто-то умирает ещё при родах, кто-то в ближайшие годы.
— Даже отцы?
— А в чем разница? Родителей обычно двое, Тень высушивает оба источника, забирая все, что может.
— Исключения?
— Нет.
— А ты? Если забеременеешь ты, то…
