Влечение вечности полностью

– Мой кузен чрезвычайно обеспокоен моей безопасностью, – отвечает Калла. Ложь. Август скорее откусит себе руку, чем станет призывать к осторожности ради ее здоровья и благополучия. Антон, видимо, тоже понимает это, потому что темные брови тела, которое на нем сегодня, уже удивленно подняты и в таком положении остаются. Одет он легче, чем она: в рубашку на пуговицах, с закатанными выше локтей рукавами, темно-зеленая ткань выглядит мятой так элегантно, как удается лишь дорогим вещам. Похоже, у Антона особое пристрастие к перескокам в богачей.

Калла, взмахнув рукой, направляется к отелю «Эверсент». Код Августа всегда выбирает цели, которые или находятся неподалеку от известных ориентиров, или направляются к ним, а отель «Эверсент» – самое большое из строений Эра. Калла и Антон находятся на некотором расстоянии от него, но быстро проходят по Саню, лавируя по улицам вяло пробуждающегося города, поднимаются на мост, стараясь не выставлять напоказ оружие. Наблюдающий за ними издалека может принять их за парочку, которая с утра пораньше решила пройтись быстрым шагом.

Если бы теперь парочки предпочитали обручальным кольцам одинаковые пятна крови.

– Ты с переднего входа, а я зайду сзади? – предлагает Антон, пока они приближаются к отелю.

Калла поджимает губы. В памяти вновь вспыхивает предостережение Августа насчет Антона, и она передвигает на поясе ножны так, чтобы меч был под рукой.

– Но у стойки я пока никого не вижу. Наверное, Семьдесят Девятый еще не подошел.

А может, он среди тех, кто отирается возле отеля. Целая толпа ждет у дверей – эскорт высшего класса, готовый к тому, что его прихватят при заселении, как дополнительное полотенце или тапочки.

– Шифруемся, пока не узнаем? – предлагает Антон.

– Шифруемся, – подтверждает Калла.

Она входит первой, и на нее сразу обрушивается волна прохладного кондиционированного воздуха. Она вздыхает с облегчением, пытаясь отлепить от подмышек прилипшую куртку. Антон, идущий за ней по пятам, громко кашляет. Возмущенно обернувшейся к нему Калле, безмолвно спрашивающей, ради чего он поднял такой шум, он строит гримасу и бросает грозный взгляд в сторону одной из блудниц с сигаретой. Похоже, она выпустила дым прямо в лицо Антону. Калла улыбается ей. Антон хмурится.

– На заселение? – спрашивает администратор за стойкой, постукивая по каменной столешнице акриловыми ногтями, когда Калла и Антон наконец подходят. Калла слишком долго медлит с ответом, разглядывая вестибюль с его обтрепанным ковром. Антон же, вместо того чтобы тянуть время, придвигается ближе и начинает расспрашивать об удобствах отеля и планировке номеров. Неизвестно почему – может, исключительно из любезности, а может, под влиянием позаимствованного Антоном тела и симпатичного лица, – администратор терпеливо отвечает ему, доставая одну за другой какие-то бумаги из ящиков за стойкой. Эр реагирует на игры более болезненным образом, нежели Сань. Если в Сане цивилы настолько склонны к самоубийству, что готовы рискнуть вспоротым животом, лишь бы им оплатили лечение, в Эре пораньше закрывают лавки и запрещают детям гулять одним, пока идут игры. Если бы администратор догадалась, что они игроки, то и разговаривать бы с Антоном не стала.

Двери отеля снова открываются, Калла оборачивается.

Только чтобы увидеть, как Семьдесят Девятый входит, выставив браслет напоказ, в сопровождении свиты из десяти человек.

– Какого хрена? – бормочет Калла, выбросив руку вперед, чтобы схватить Антона за плечо. Тот тоже оборачивается, и его брови взлетают вверх. Семьдесят Девятый щеголяет браслетом, надетым поверх рукава черного костюмного пиджака, причем браслет сияет, как широкие металлические кольца на пальцах у его обладателя.

– А мы вообще когда-нибудь видели его в новостях? – быстро шепчет Антон.

Калла сглатывает. Семьдесят Девятый приближается, но не смотрит ни на кого, кроме администратора за стойкой. Для этого игрока Калла и Антон – просто какие-то постояльцы, пропускающие его вперед, чтобы он зарегистрировался в отеле. У мужчин вокруг него при себе ножи. Калла видит, как топорщатся их карманы. Когда один из них окидывает взглядом вестибюль, под лампами его глаза вспыхивают серебром. Вэйсаньна, скорее всего, ушедший в отставку из дворцовой стражи, судя по его возрасту. Вот это да. Не просто наемные помощники, а лучшие из возможных.

– Нет, – отвечает Калла. Они с Антоном говорят, сблизив головы, будто просто обсуждают выбор номера. Как можно незаметнее они прячут руки за спину, чтобы не показывать браслеты. Такое видео в новостях они запомнили бы наверняка: богач, вышагивающий в окружении людей, готовых к выполнению приказов. – Никогда. Или он еще не убивал, или убивал там, где нет камер.

А это значит, что упоминать о нем в новостях не было причин, и других игроков он застает врасплох, сталкиваясь с ними. Если этот человек участвует в играх вместе с целой службой безопасности, то ради чего? Уж точно не ради денег.

– Вот это, скорее всего, нарушение правил, – бормочет Антон.