Мы живем в одном доме, наши спальни разделены тонкой стеной. Я знаю, он никогда не спит. Вампир, монстр, вурдалак?! Хуже. Он без пяти минут мой сводный брат, мечтающий испепелить одним лишь взглядом, потому что нас связывает грязная тайна.Пусть от взаимного притяжения выбивает электричество в счетчиках, но, увы, это не любовь – это влюбийство…
Я чувствовала себя бандиткой, прогуливая универ в первый день учебы третьего курса. Однако преступление оказалось непреднамеренным – с утра пришлось помогать маме. Планировала пожертвовать парой по инязу, но, к сожалению, немного не рассчитала, опоздав на международное право.
Поговаривали, что Самохвалова заносит в черный список всех припозднившихся студентов. Я решила не заострять её драгоценное внимание на своей персоне. Только мама бы не одобрила такой расклад, поэтому пришлось попросить ее высадить меня около нашего корпуса, клятвенно заверив, что спешу поглощать знания.
Правда вместо знаний я стала поглощать клубничный пломбир, удобно разместившись на залитой солнцем скамейке.
На самом деле я даже была рада, что с международным правом не вышло – появилось время настроиться на вечернюю встречу с новым маминым ухажёром.
Они общались все лето и, наконец, созрели для знакомства в полном семейном составе. Все бы ничего, но мама вскользь упомянула, что у ее избранника есть сын примерно моего возраста.
С одной стороны, я не видела причин для волнения, однако прожорливый червячок сомнения время от времени точил об меня свои зубки: это был первый серьезный мамин роман после смерти отца. Разумом я понимала, что ей нужно двигаться дальше, но сердце ни в какую не хотело принимать новые реалии.
Вдруг у меня под ногами задрожала земля.
– Б-л-и-и-н! – мороженое выпало из рук, аккуратной лужицей растекаясь по асфальту, а по телу табуном поскакали мурашки.
Развернувшись вполоборота, я устремила взгляд на факультетскую парковку, с удивлением обнаружив там бессовестно дорогой автомобиль кричаще-красного цвета. Двигатель машины рычал, как у высокоскоростного гоночного болида, заставляя вибрировать все вокруг.
К слову, на факультете международного менеджмента училось довольно много обеспеченных ребят и девчат. Большинство студентов приезжали на занятия на собственных авто, поэтому хорошей тачкой удивить кого-то было сложно, однако данная модель немецкого автопрома явно выбивалась из общего ряда студенческих средств передвижения. Она бы гораздо лучше смотрелась на парковке пафосного закрытого клуба, где проходит вечеринки для олигархов.
Подавшись вперед, я попыталась рассмотреть нарушителя общественного порядка.
На водительском месте, лениво удерживая руль одной рукой с видом «вы все мне должны», сидел типичный представитель платиновой молодёжи.
Мажор демонстративно поправил космические чёрные очки, закрывающие пол-лица, но, судя по наклону головы, он смотрел на меня. Вздрогнула, когда к рёву двигателя присоединились мощные музыкальные вибрации басов. От этих звуков дрожь в ногах лишь усилилась. К счастью, в этот миг машина мажора сорвалась с места, оставляя за собой шлейф сизой пыли.
– Нет, ты это видела?! Новенький совсем очумел! – подсел ко мне Тоша, картинно смахивая прядь выбеленной челки с лица.
– Новенький?.. – переспросила я рассеянно.
Бросив беглый взгляд на телефон, обнаружила, что занятия нашей группы благополучно завершились несколько минут назад.
– Ага. Перевёлся из Лондона. Сынок какого-то олигарха. Наверное, у бати бабки закончились, раз выдернул сынишку из Кембриджа.
– Ну, судя по автомобилю, с деньгами там все в порядке. В Москве таких от силы штук десять наберется, – равнодушно возразила я, поспешив перевести разговор в другое русло.
Упершись руками в края раковины, я бросила пристальный взгляд на свое бледное заостренное лицо – даже несколько дерзких веснушек испарились, будто кто-то подтер их ластиком.
Задумчиво намотала на палец пшеничную прядь: о таком оттенке блонда мечтали все девчонки на потоке, а мне даже не надо было ходить к стилисту – отцовские гены взяли свое.
Да, русые волосы, оливковая кожа и полноватые губы – отличительные черты Светловых. Ну и, конечно, глаза. Светло-зеленые – цвета клейкой листвы. Мне повезло пойти в папину породу, пополнив ряды зеленоглазых блондинок.
– Алиса, поторопись! Мы уже опаздываем! – мама бестактно распахнула дверь, оглядев меня с головы до пят. – Ну что за тряпье?! Так и за хлебом выйти стыдно, а ты в гости собралась!
Я нахмурилась, выдерживая уничижительный взгляд высокой чересчур худой женщины с платиновыми волосами. Управление салоном красоты наложило определенный отпечаток – мама была слегка помешана на внешнем виде: своем и не только. Обертка для нее – всё. Казалось, она готова подружиться с рогатым, если он будет одет в новую коллекцию премиального бренда.
– Но мне нравится мой наряд. Маленькое черное платье… – как обычно запротестовала, когда она указывала мне, что носить.
– Я в курсе, – перебила, – только это платье выглядит таким скучным, что можно сдохнуть. Как раз отлично подойдет для похорон. Разбавь образ хотя бы аксессуарами! – захлопала идеально подведенными глазами. Не хотелось продолжать бессмысленный спор, поэтому, накинув на шею массивные бусы-кольца, я поспешила из комнаты. Мама вышла следом. – Артур уже прислал машину! Не мужчина, а подарок, – кротко улыбнулась уголком рта.
