Некоторое время я молчала, придавленная гнетом тягостных воспоминаний. Максим не спешил прерывать образовавшуюся паузу: каждый из нас размышлял о чем-то своем. Вздрогнула, когда мой спутник, наконец, повернулся, всматриваясь в меня долгим пристальным взглядом.
– Клюев сдержал своё обещание? – словно догадываясь, что мы подошли к самой неприятной части повествования, Макс осторожно сжал мою ладонь.
– В полной мере. Через пару дней он демонстративно завязал роман с Каро, а я стала изгоем. Кстати, адвокат их семьи в последний момент отказался от дела. Мы проиграли суд, потеряв контрольный пакет акций семейного предприятия. Мама несколько месяцев со мной даже не здоровалась. А когда заговорила, то только и делала, что сводила с ума бесконечными обвинениями. Правильно говорят – беда не приходит одна: вскоре после смерти отца я потеряла маму, любимого и всех друзей…
* * *
Мы подъехали к дому Османовых лишь на рассвете. Макс сдержал обещание, доставив меня в целости и сохранности. Он оказался первым человеком, которому я доверилась: выговорившись, действительно стало легче, будто сняла камень с души.
Дом еще спал. Пробравшись на цыпочках в комнату, я залюбовалась рассветным солнцем, возрождающимся каждое утро, как птица Феникс. Нечто подобное происходило сейчас со мной.
Так как сна все равно не было, закутавшись в джинсовую куртку Макса, я выпорхнула на залитый золотистыми лучами балкон.
– Доброе! – хрипло поздоровался Яр, отсалютовав мне кружкой с дымящимся кофе.
Судя по красным глазам с залегшими под ними тенями он, как и я, провел ночь без сна.
– Привет, – уселась напротив, по-турецки подобрав под себя ноги.
Столько невысказанных вопросов вертелось на языке, но я, как всегда, предпочла промолчать. Мы так и сидели какое-то время, не произнеся ни слова.
– Хорошо повеселилась? – наконец, отчеканил Туманов.
– Великолепно. – Я слабо улыбнулась.
Кивнув, он отвернулся, однако я успела заметить – что-то во взгляде парня потухло.
– Будь осторожнее, – вдруг выговорил он.
– Это еще почему?!
– Ты совсем не знаешь моего брата.
Я поднялась с кресла, подходя к балконной перегородке вплотную.
– Мне кажется, это ты не умеешь разбираться в людях, – прерывисто выдохнула.
– Светлова, только не надо нотаций… – Яр прищурился, со злостью стрельнув глазами.
Страшно и одновременно жарко стало от этого откровенного провокационного взгляда. Сладкая дрожь ручейком побежала по позвоночнику. Словно прочитав мои потаенные мысли, парень приблизился и шумно втянул воздух: крылья его носа подрагивали, над бровями собрались капельки пота.
– Максим х-хороший… – пробормотала, лишь бы заполнить образовавшуюся паузу.
– И целуется он так же х-хорошо?! – передразнил, резко укутав меня в свои объятия.
Его хриплое рваное дыхание задевало за живое. Туманов одной рукой забрался мне в волосы, натягивая их у корней. Секунда, и его язык властно ворвался в мой рот, будто целовать меня – последнее, что он может сделать в этой жизни. Жесткие губы усилили напор, слизывая отчаянные тихие стоны. Мои стоны.
Меня словно током прошибло, на теле наэлектризовался каждый волосок: слишком сладко и остро ощущался этот краденый поцелуй.
– Он хороший. А вот я конченный… Сосусь с девушкой своего брата и борюсь с желанием закончить эти поцелуи в койке. Твоей или моей – без разницы. А потом отнести тебя в душ…
– Я… я…
– Ш-ш-ш… – его палец лег поперек моих припухших губ, – я должен кое-что проверить… – шептал, не переставая меня целовать.
Я задыхалась от терпкого мужского запаха, готовая предать всех на свете, лишь бы он воплотил в жизнь то, в чем признался несколько секунд назад…
– Алис, ты не ответила, – обхватив пальцами мой подбородок, поднял лицо навстречу горящему безумному взгляду. – Целуется он так же хорошо?
– Нет, – пробормотала, шумно хватая воздух. – Ты в этом спец. Никто больше так не умеет… – скользила губами по его губам, пытаясь не разреветься.
Ярослав гортанно вздохнул, его руки медленно поползли по моим бедрам. В глубине души я молилась, чтобы кто-нибудь из нас сумел остановиться, ведь происходящее сейчас было безумством в последней стадии…
– Я с ума схожу. Почему рядом с тобой всё так?! – он резко отстранился, сминая мои губы пальцами: неистово, жадно, словно хотел, чтобы они принадлежали только ему.
Господи.
– …Алис, почему мне так хреново?! Ш-ш. Ты помолчи. Просто знай, тебе опасно оставаться со мной наедине. Я зверею, Алиска, – он глухо рассмеялся. –
– Не вернуть, – прошептала, прокладывая дорожку из поцелуев от его щеки до подбородка. – Не вернуть, и мы оба должны это принять. Научиться жить настоящим.
– Ты уверена? – сильнее склонился надо мной, прижимая к холодной стене.
Нас снова разделяла тонкая металлическая перегородка. Нас всегда что-то разделяло.
– Абсолютно. Пожалуйста, давай оставим всё как есть.
–
